Глава восемнадцатая. Шов
Страница 108 из 144
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава восемнадцатая. Шов

Страница 108

Он показал Мину это на второй вечер, сам, потому что мальчишка — так он называл девятнадцатилетнего — три дня лазил по столбам и не брал железа, а это было странно, а странное копальщики любят обсуждать.

Хэн вынес тряпку с обломками.

— Вот эти он берёт, — сказал он. — Смотри.

На обломках были те же значки. Хэн показал пальцем на один и сказал:

— Вот с таким берёт вдвое.

— А что это?

— Не знаю. Он говорит слово, я не помню.

Мин попросил показать, где на столбах стоит этот значок, и Хэн повёл его.

Значок стоял на четырёх столбах из ста девяти.

Все четыре были в двух широких промежутках. Два в одном, два в другом.

Мин просидел ту ночь у костра и почти не спал, и под утро спросил.

Он спросил не про значок. Он спросил про другое — просто потому, что разговор пошёл и потому что в этом углу говорили про всякое.

— Тут люди пропадают?

Хэн посмотрел на него поверх огня.

— Тут-то? Тут нет. Тут выбрано.

— А где?

— Ну где. — Хэн поворошил угли. — Есть места.

— И что там?

— Ничего. В том и дело.

Он сказал это без всякого выражения, как говорят про погоду, и Мин понял, что попал не в тайну, а в общее знание, которого просто не было в Худых Ключах.

— Как это — ничего?

— А так. Идёт человек и не пришёл. Ни тела, ни крови. Собаки берут след и на ровном месте встают.

Мин не пошевелился.

— Вот прямо на ровном?

— Прямо на ровном, — сказал Хэн. — Покрутятся и садятся.

Он спросил, как это называется.

Хэн сказал не сразу — сначала пожал плечами, потом сплюнул в костёр, потом сказал:

— Шов.

— Что?

— Шов, говорят. Книжник так говорит, и на тракте так говорят, кто знает. — Он подумал. — По-нашему просто «дурное место», а книжник поправляет: не дурное, говорит, а шов. Дурное — это где грязь. А тут не грязь, тут прореха.

— Прореха куда?

Хэн посмотрел на него так, как смотрят на человека, который спрашивает лишнее.

— А я почём знаю, — сказал он. — Никто не знает. Оттуда не возвращались.

— Никогда?

— На моей памяти — нет. И отец не рассказывал.

Он подкинул в костёр и добавил:

— Спорят, помирают они там или живут. Одни говорят — сразу конец. Другие — что уносит и живут где-то. Проверить некому.

Мин сидел и держал руки на коленях и следил за тем, чтоб они не двигались.

У него внутри в эту минуту происходило то, чего он потом не сумел описать даже себе.

Двенадцать лет у него была дыра, и в дыре не было ничего: ни объяснения, ни имени, ни того, у кого спросить. Он в девять лет прошёл семь тысяч шагов и посмотрел на пустой склон своими глазами и не нашёл там ровно ничего, и с тех пор носил это как носят камень за пазухой.

А оказалось, что у этого есть слово.

назадназад
1 ... 106 107 108 109 110 ... 144
впередвперед