Глава шестнадцатая. Держать
Страница 94 из 144
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава шестнадцатая. Держать

Страница 94

Оно не рассеялось и не растаяло. Оноушло вниз — в землю, под неё, ровно и без остатка, как уходит вода в песок, и ушло за несколько вдохов, и последнее ушло тогда, когда она перестала биться.

Мин сидел в снегу и смотрел, как это уходит.

Он не поймал ничего.

Разделывал он до темноты и разделал скверно.

Он видел, как это делают, раза три и всегда со стороны; сам не пробовал ни разу, потому что заяц разделывается в четыре движения и учиться там нечему.

Он начал не с того конца, испортил шкуру в двух местах, дважды резанул по кишке и потом полчаса отмывал снегом мясо, которое от этого всё равно пахло. Нож он посадил на кости и правил его прямо там, о камень, и правил плохо.

К темноте у него вышло четыре куска, которые он мог унести, и куча, которую унести не мог.

Он перетаскал за три ходки, и последнюю делал уже в темноте, и на второй ходке подумал, что надо было тащить сначала заднюю часть, а не переднюю, потому что задняя тяжелее и нести её надо было по свету.

Он это отметил.

Старик вышел на первую ходку и остановился в дверях.

Он посмотрел на Мина — на куртку, которой тот душил косулю и которую надел обратно, на руки, на плечо, которое уже не поднималось, — и ничего не спросил.

На второй ходке он вышел следом и молча взял вторую половину.

Дошли до места, старик поглядел на разделанное, поворошил ногой то, что Мин бросил, и сказал:

— Печень где?

— Там.

— Печень надо было первым делом.

Он больше ничего не сказал, и они таскали до полуночи.

Он думал об этом до Нового года.

Мяса вышло столько, что зиму они прожили не считая.

А Мин ходил и разбирал.

Он получил ответ на то, что мучило его с восьми лет:куда . Вниз. В землю. И не только у косули: он проверил на зайцах и увидел то же самое, только меньше, и на мыши увидел, и на птице.

Всё, что живёт, стоит наверху. Всё, что умирает, отдаёт вниз.

И тут он вспомнил три ступени Ланя.

Лань не умер, и три ступени вернулись — он проверил тогда же, через месяц, и Лань стоял, где стоял до топора. Значит, при смерти уходит всё, а при беде часть, и часть эту можно вернуть, если выжил.

Он записал и это.

А потом задал себе тот вопрос, который и сделал всю остальную его жизнь.

Можно ли взять?

Он рассуждал так.

Уголь, сгорая, отдаёт вверх, и это уходит в воздух и пропадает, если рядом никого. А если рядом человек и человек греется, то не пропадает: человек берёт.

Косуля, умирая, отдаёт вниз. Рядом человек. Человек стоит и не берёт.

Почему?

Он перебрал всё и остановился на самом простом: потому что он ничего не делал. Он сидел, трясся и смотрел, и вниз ушло мимо него, потому что ему нечем было ловить.

назадназад
1 ... 92 93 94 95 96 ... 144
впередвперед