— Хочешь, чтобы я ушел отсюда? — спросил я, хотя уходить я, конечно же, и не планировал.

— Нет. — выдавила она, сглотнув. — Это твой ресторан, и я не в праве тебя прогонять.

В этот момент рядом со мной возникла моя двоюродная сестра Лилиана, я ощутил ее присутствие раньше, чем увидел. Красноволосая бестия оплела мою шею руками и запечатлела полный любви поцелуй на щеке. Сначала я было напрягся, собираясь послать ее куда подальше с ее извращенными играми, но затем встретился с ней глазами и передумал.

— Ну, здравствуй, Барма, давно не виделись. — проворковала она, не удостоив взглядом Машу.

Лилиана прекрасно знала, что Мария моя пара, и эта стерва намеренно проигнорировала ее, ловко изображая соблазнительницу. Я же, глядя на сестру, внимательно следил за реакцией Маши боковым зрением. На мгновение она растерялась, затем ее милые щечки вспыхнули алым, и мне почудилось в ее глазах, что это... злость? Ревность? А может, мое воображение рисовало то, чего отчаянно желало?

Маша, бедная пташка, явно не ожидала от себя такой реакции, и верно, еще почти восемь месяцев назад она порадовалась бы тому, что у меня, возможно, появилась женщина, но не теперь. Ее щеки пылали, словно растопленные угли, и я видел, как она неосознанно пыталась отстраниться от собственных мыслей и от меня, словно ее собственное тело вдруг отказывалось стоять так близко ко мне и Лилиане. Это был тот самый момент, та самая крошечная трещина, которую волк внутри меня терпеливо ждал долгие восемь месяцев. Я мог бы с легкостью прогнать Лилиану, но тогда бы я украл у Маши эту возможность почувствовать ко мне нечто иное, чем ненависть и страх. Эта игра была слишком интересной, чтобы вмешиваться.

Оторвав взгляд от моей ненасытной сестрички, Маша посмотрела на меня. В ее глазах уже не было прежней растерянности. Вместо этого я увидел решимость, вызов и… да, ту самую собственническую искру, которую я ждал с таким нетерпением. Она подошла ближе, почти вплотную, и кожей ощутил исходящие от него волны ярости.

— А вы, я погляжу, Ярослав Михайлович, тот еще лживый урод. — Ее голос тихий, но властный.

— Я бы попросила... — начала было моя сестрица, не выходя из роли.

— Захлопни варежку, тебе слова не давали! — точно ядом плюнула Маша, заставляя Лилиану замолчать.

Крутанувшись на каблуках, она решительно направилась в сторону банкетного зала. Я смотрел в след ее удаляющейся фигуры, меня распирало от переизбытка чувств, я ликовал, осознал, что момент, когда мой Мышонок станет моей, уже совсем близко.

— А она ничего. — Довольно хмыкнула Лилиана, оперевшись локтем мне на плечо и также, как и я, глядя в спину удаляющейся от нас Маше. — И фигура что надо, сочная, не то что моя.