За обедом, заранее расстроенная из-за предстоящей разлуки нас с ней, тётя Песя не затыкалась ни на минуту, а если и да, то тут же начиналось шмыганье носом, мокрые глаза и прочее женское расстройство в жидовском исполнении.

— Вот останетесь без мине и девочек, и кто вам приготовит традиционные русские блюда, — шмыг носом… и затем каким-то угрожающим тоном, — ви ещё соскучитесь по моему форшмаку!

— Уже да, — вздохнул сентиментальный Санька, и Песса Израилевна зашмыгала носом с новой силой. Глядя на неё, протекла Фира, а потом и Надя, так что обед вышел с оттенком слёз, соплей и трагедии.

Вещи у женщин уже собраны, но тем не менее, собирались они ещё почти два часа, и на что было потрачено это время, я так и не смог понять. Взявшись провожать их, мельком увидел, как Радж, затерроризированный тётей Песей кок, делает явно ритуальные (и не иначе как отгоняющие!) жесты в её сторону.

Заметив меня, кок виновато улыбнулся и шмыгнул к себе, вжав голову в плечи. С трудом подавив улыбку, помог женщинам спуститься, у же в катере, перекрикивая шум двигателя, давал последние наставления.

— Учить вас управлять отелями не буду! — говорю громко, придерживая шляпу, — Здесь всё в порядке, и даже боле чем! А вот за Владимиром Алексеевичем прошу присмотреть!

— Девочки! — поворачиваюсь к ним, — У Владимира Алексеевича сейчас очень тяжёлый период, так что постарайтесь вместе с Пессой Израилевной как-то облегчить ему жизнь. Знаете, все эти женские мелочи, вроде корзинки с приготовленным вами обедом, принесённым на работу. Ну да не мне вас учить!

— Особо… да штоб тебя! — ловлю шляпу в последний момент, — Особо прошу проследить за охотницами на мужчин, а то, знаете ли, есть звоночки.

— Так… — Надя хищно прищурилась, и вся её хандра — как рукой! А я порадовался придуманной проблеме…

— Да! — киваю как можно более убедительно, — Конкретики пока нет, но вокруг твоего отца начали, образно выражаясь, расставлять флажки!

— Отдельно — всем вам большая просьба! — делаю глазки, — Вы знаете, што дядя Гиляй на при мере московских чиновников точно знает, как управлять НЕ надо! Команда у него достаточно сильная, но…

— … нет женского глаза, понимаете⁈ Не этих, — делаю брезгливый жест рукой, — дамочек из комитета, а настоящих женщин, знакомых с жизнью! Юлия Алексеевна и Степанида Фёдоровна, да Ираида Зиновьевна… и больше-то некого назвать, понимаете?

— А вы, Песса Израилевна, — снова гружу её, — жизнь знаете со всех сторон. Ви таки понимаете, за шо я говорю⁉

Она закивала с ноткой задумчивости и самоуважения, и я снова повернул голову к девочкам.