— Придется. — Я повела плечом. — Куда деваться-то…
Что-то, и правда, сдвинулось с мертвой точки. Похоже, я постучала в нужную дверь.
Но силу злости тех, чей покой был нарушен жалобой, я недооценила. В том, что мне будут мстить, я не сомневалась. Полагала, что не сразу, но ошиблась.
Они пришли на исходе ночи, едва забрезжили утренние сумерки. Я не спала, и, скорее, почувствовала, чем услышала, осторожные шаги.
Один… Два… Три!
Я резко вскочила на кровати, отбрасывая одеяло.
— Держи ее! — крикнул кто-то.
«Хватай ведьму!» — раздалось в ушах.
Я и без того была зла, а сейчас и вовсе слетела с катушек. И, наверное, сыграл роль и тот факт, что тут я не боялась быть ведьмой.
Воздух вокруг меня заискрил, затрещал. Запахло озоном.
— Прочь! — рявкнула я. — Прокляну!
Кто-то испугался, отступил. А ведь вокруг моей кровати собрались… все. Да, пожалуй, все в приюте ненавидели дочь врага Российской империи.
— Куда? Она же ничего не может! Если бы могла…
Все, я предупреждала.
— Вы не люди, вы звери! — взвизгнула я, выпуская проклятие. — Свиньи! Овцы! Курицы!
Бабахнуло. И наступила тишина.
Длилась она недолго. Через мгновение я чуть не оглохла от поднявшегося шума. В животных девочки не превратились, но хрюканье и блеянье определенно преобладало над кудахтаньем.
Глава 9
В спальне вспыхнул свет. Меня все еще потряхивало от сотворенного проклятия, но фигуру в черном, застывшую в дверном проеме, я узнала.
Позади Александра Ивановича маячил кто-то еще, тщетно пытаясь протиснуться в комнату.
— Да что там…
Александр Иванович шагнул вперед. Из-за его спины тут же выкатились двое в форме. Определенно сотрудники того же отдела, но значительно моложе Александра Ивановича. Может, стажеры?
— Твою ж… — выдохнул один из них.
Я отметила, что в этом мире матерятся так же забористо и вдохновенно, как в моем.
— Рот закрой! — рявкнул Александр Иванович. — Тут дети!
— Эти, что ли? — хмыкнул другой, понаглее.
Я мысленно согласилась с обоими. И «твою ж», и зверинец вместо спальни для девочек.
— Работайте, — велел Александр Иванович. — Ведьму я забираю.
Он в упор посмотрел на меня, а я лишь повела плечом. Мог бы и сказать, что засаду устроит. Глядишь, и я не прокляла бы этих дур.
А проклятие вышло крепким. При свете я рассмотрела, что внешне девочки все же изменились. У кого-то нос превратился в пятачок, у кого-то в клюв, а кое-кто обзавелся шерстью, завернутой в колечки.
Александр Иванович поманил меня пальцем и кивнул на дверь. О, это с удовольствием! Только рада буду убраться из этого дурдома.
Впрочем, двое его напарников уже «работали»: погружали пострадавших от проклятия в сон. Наверное, так правильно. В первую очередь, «зверье» нужно успокоить.