Я провела пальцами по своему запястью — лёгкое прикосновение, но руны вспыхнули теплом.
— И мне тоже нужна передышка. Несколько дней собраться. Не бежать каждую секунду. Подготовиться морально.
Посмотрела на него, не отводя взгляда.
— Перед тем, как пойдём туда, откуда можем не вернуться.
Тишина тянулась — плотная, тяжёлая.
Орион стоял неподвижно. Только челюсть напряглась, мышцы ходили под кожей.
Наконец он выдохнул — долго, медленно.
— Шаккара, — произнёс он. — Четырнадцать часов полёта. Три дня на планете. Максимум. Находим Азраила в первый день. Вейлан тренируется. Закупаем припасы, если нужно. На четвёртый день летим к Хранилищу.
Он посмотрел на Вейлана, и в золотых глазах вспыхнуло предупреждение.
— Твои дни, твои женщины — делай что хочешь. Но когда придёт время вылетать, ты будешь трезвым, восстановленным и готовым. Иначе я оставлю тебя в любой постели, где найду.
— Понял, капитан, — Вейлан улыбнулся с облегчением. — Азраил не подведёт. Я гарантирую.
Орион кивнул резко, выключая голограмму.
— Час на подготовку. АТЛАС закладывает курс.
Он прошёл к выходу. Остановился у двери, не оборачиваясь.
— Берите только необходимое. Оружие, воду. Деньги, одежду найдём на месте. Нужно сливаться с местными.
Дверь открылась.
Он шагнул в проём, и плечом задел косяк — лёгкое касание, но я услышала, как он втянул воздух резко, словно прикосновение обожгло.
Через узы хлынула волна — напряжение, решимость, и что-то глубже, что он яростно давил.
Дверь закрылась.
Я осталась стоять, глядя на пустое место.
Вейлан спрыгнул со стола, подошёл ближе.
— Шаккара, — произнёс он тише. — Жестокая планета. Красивая в своей дикости. Три дня, чтобы забыть о войне. О миссии. О том, что завтра может не наступить.
Он положил руку на моё плечо — тёплую, успокаивающую.
— Азраил… он видит больше, чем положение людей в пространстве. Видит правду. То, что скрыто. Будь готова услышать то, что не хочешь знать.
Пальцы сжали плечо мягко.
— Но он не лжёт. Никогда. Это его проклятие и дар.
Он отпустил, направился к выходу.
У двери обернулся.
— Три дня, красавица. Постарайся прожить их. По-настоящему. Потому что после…
Не закончил.
Вышел.
Я осталась одна в пустой рубке.
Глава 21
Четырнадцать часов в гиперпространстве были самыми долгими в моей жизни.
Не потому что я боялась того, что ждёт на Шаккаре.
А потому что Орион избегал меня.
Я чувствовала его через узы постоянно — как вторую кожу, что прилипла слишком плотно. Он был в пилотской, проверяя системы, которые уже проверил дважды. Затем в тренировочном зале, избивая грушу до тех пор, пока костяшки не окрасились кровью. Потом в своей каюте, заперевшись так, что даже через узы я чувствовала стену, что он возвёл между нами.