Я не заметила, как расслабилась полностью.

Голова откинулась назад, руки всплыли на поверхность воды.

Девушки работали молча теперь — руки скользили по коже, смывая грязь, втирая масла, массируя мышцы.

Это было похоже на ритуал.

Древний, женский, передаваемый через поколения.

Время потеряло значение.

Могла пройти минута. Или час.

— Хватит, — голос тёти прорвался сквозь дрёму. — Выходи. Пора дальше.

Я открыла глаза медленно.

Вода вокруг стала мутной — грязь, что смылась с меня, пот, масла.

Девушки уже выбирались, протягивали руки, помогая мне подняться.

Я встала на дрожащих ногах — вода стекала с тела, оставляя кожу гладкой, пахнущей цветами.

Они завернули меня в большой кусок мягкой ткани — грубой, но чистой.

Повели в другую комнату — меньше, прохладнее.

Там стояла низкая скамья, окружённая полками с сосудами, кистями, палочками для глаз.

— Сиди, — тётя указала на скамью.

Я села.

Девушка с медными косами присела передо мной.

Открыла один из сосудов — внутри красная паста.

Обмакнула пальцы, поднесла к моему лицу.

Я отпрянула инстинктивно.

Она покачала головой, улыбнулась.

Сказала что-то мягко — я не поняла слов, но тон был успокаивающим.

Взяла моё лицо снова, повернула к свету.

И начала наносить краску.

Лёгкими мазками, на скулы. Затем что-то тёмное вокруг глаз — кисточкой, тонкими линиями, что подчёркивали форму. Что-то золотистое на веки.

Другая девушка взялась за мои волосы — сухие теперь, мягкие, блестящие.

Расчёсывала медленно, терпеливо. Затем начала заплетать — не туго, свободно, вплетая тонкие ленты, бусины, что звенели тихо при движении.

Круглолицая принесла платье.

Развернула перед моими глазами.

Я уставилась.

Тёмно-синее. Почти чёрное в тени, но переливающееся сапфировым на свету. Лёгкая ткань, что струилась, как вода. Длинные рукава с разрезами от плеча до запястья, сквозь которые видна кожа при движении. Лиф облегающий, подчёркивающий грудь, талию. Юбка длинная, но с высоким разрезом на бедре — для свободы движения.

— Это… слишком, — прошептала я.

— Нет, — круглолицая покачала головой решительно. — Это как раз. Для праздника. Для Двух Лун. Для…

Она замолчала, улыбнулась загадочно.

— Для большого мужчины, что смотрит на тебя, как шарк на луну.

Щёки вспыхнули жаром.

— Я не…

— Тихо, — девушка с медными косами положила палец на мои губы. — Мы видели. Все видели. Как он смотрит. Как ты смотришь. Думаете, скрыли?

Она рассмеялась — мягко, без насмешки.

— Узы видны тем, кто знает, куда смотреть.

Она коснулась моего запястья — там, где золотые руны светились слабо.

— Редкая магия. Древняя. Красивая.