Долгое молчание. Я слышала его дыхание, чувствовала вес его взгляда на своей спине.

Затем он выругался — тихо, на древнем языке, но с такой яростью, что слова обжигали воздух.

— Чёрт бы побрал твоё упрямство и мою совесть, — пробормотал он, вставая.

Прежде чем я успела понять, что происходит, сильные руки подхватили меня. Орион поднял меня с земли без видимых усилий, как будто я весила не больше ребёнка. Я попыталась вырваться, но тело не слушалось — мышцы отказывались реагировать на команды мозга.

— Не дёргайся, — бросил он раздражённо. — Это унизительно для нас обоих, но я не стану смотреть, как ты часами корчишься в агонии. У меня есть стандарты.

Он прижал меня к груди одной рукой, второй провёл по моему лбу. Тёплая волна магии хлынула в измученное тело — не нежно, не заботливо, а грубо и эффективно, как военный медик, латающий раненого солдата на поле боя.

Боль не исчезла полностью, но притупилась до терпимого уровня. Дыхание стало ровнее, чёрные точки перед глазами рассеялись. Магические каналы, выжженные моим неумелым использованием силы, начали затягиваться.

Но Орион лечил ровно настолько, чтобы я могла функционировать. Не больше.

— Вот, — он опустил меня обратно на траву, не особо заботясь о мягкости приземления. — Теперь ты не сдохнешь и не будешь умолять о пощаде. Хотя второе было бы забавно посмотреть.

Он отступил на несколько шагов — ровно настолько, насколько позволяла невидимая цепь между нами.

— И не благодари, — добавил он ядовито. — Я сделал это не из доброты. Просто не хочу тащить твоё бесполезное тело за собой следующие двенадцать часов.

Я медленно села, проверяя, слушается ли тело. Руки дрожали, но держали вес. Ноги ныли, но, казалось, могли выдержать ходьбу. Голова кружилась, но мысли стали чётче.

— Пошёл ты, — прохрипела я, и голос прозвучал как наждачная бумага по металлу.

Орион расхохотался — искренне, почти восхищённо.

— Вот это мне нравится! Хоть капля огня в этой жалкой оболочке. — Он скрестил руки на груди. — Может, ты не полностью бесполезна в конце концов.

Я заставила себя встать. Мир качнулся, но я устояла, вцепившись в ствол ближайшего дерева. Каждая мышца протестовала, каждый нерв посылал сигналы боли. Но я стояла. Сама. Без его помощи.

Орион наблюдал с выражением, которое могло быть уважением. Или просто любопытством, как долго я продержусь, прежде чем снова упаду.

Впервые с момента телепортации я огляделась вокруг, пытаясь понять, куда нас забросило.

И застыла, не веря глазам.

Это было не мрачное подземелье. Не древняя крепость. Не величественный храм забытых богов.