Оставаться в этой выжженной пустоши навсегда — перспектива откровенно паршивая. Жить под землей, пить радиоактивный суррогат и каждый день рисковать быть сожранным мутировавшими собаками? Увольте.

Но вот как временная база…

Губы скитальца растянулись в расчетливой, дьявольской улыбке. Как личный хаб, недосягаемый ни для одной спецслужбы мультивселенной, этот мир был просто безупречен. Абсолютно безопасная гавань. Крепость одиночества.

Взгляд Двадцать Восьмого скользнул к массивной, полуметровой толщины двери главного хранилища, зияющей в глубине зала. Банк никто не успел разграбить — ядерный удар стер всё слишком быстро.

Очередной короткий скачок.

Брюнет оказался по ту сторону бронированной двери. В свете фонарика, снятого с пояса еще в подземелье, блеснули ряды ячеек и сложенные аккуратными штабелями слитки.

Золотой запас. Идеальные, тяжелые кирпичики благородного металла, которые в любой нормальной вселенной стоят целое состояние.

— А ведь здесь не только золото, — эхо разнесло бархатный голос по хранилищу. — Произведения искусства. Бриллианты на витринах замерзших ювелирных бутиков. Комиксы сороковых годов в идеальном состоянии, за которые коллекционеры из двадцать первого века отвалят миллионы долларов. Винтажные автомобили, антиквариат…

В этом мертвом мире лежали нетронутые сокровища целой цивилизации. Мародерам вроде Дика или Рокко они были не нужны — золото нельзя съесть, а картиной Пикассо не залатаешь дыру в противогазе. Здесь ценились патроны и консервы.

Но для человека, способного шагнуть в другой мир, разрушенный Нью-Йорк превращался в неисчерпаемую сокровищницу. Можно было приносить сюда технологичные гаджеты, оружие и медикаменты из развитых миров, чтобы чувствовать себя королем подземелья, а взамен забирать тонны золота и антиквариата, легализуя их там, где светит солнце. Идеальный бизнес-план.

Выйдя из банка тем же пространственным путем, авантюрист продолжил свою неспешную прогулку.

Он телепортировался на шпиль Крайслер-билдинг, покрытый искрящимся радиоактивным инеем. Окинул взглядом бескрайние руины, кутаясь в белый кожаный плащ. Этот город больше не пугал своей мертвенной холодностью. Он воспринимался как гигантский, личный склад.

Затем был визит в уцелевший пентхаус какого-то довоенного миллионера. Просторная квартира с сохранившимся роялем и панорамными окнами, забитыми снегом. Скиталец прошелся по комнатам, оценивая мебель из красного дерева и нетронутый бар с коллекционным коньяком, который ждал своего часа десятилетиями.

— Пожалуй, эту квартирку я заберу себе, — удовлетворенно кивнул парень, стирая пыль с хрустального бокала. — Нужно будет притащить сюда пару генераторов, нормальную систему фильтрации и устроить здесь перевалочный пункт. Гранд-Сентрал — отличное место для развлечений и вербовки бойцов, но жить я предпочитаю с видом на город.