Сегодня мы встретились в его рабочем кабинете, где ребенком я провел немало часов, играя на ковре со своими солдатиками, пока отчим занимался делами.
Или сидел, забравшись с ногами в кресло и слушая разговоры Дангора с посетителями, когда повзрослел, а солдатики отправились на хранение в коробку на чердаке.
Мне всегда было интересно как отчим строил свою политику и вел дела. И до сих пор считаю, что часы, проведенные в этом кабинете, научили меня большему, чем усилия всех моих учителей, вместе взятых. Потому что они преподавали мне мертвую, оторванную от реальности доктрину.
В кабинете же у Дангора творилась живая история.
Как-то раз отчим обнаружил меня, забившегося под стол в его кабинете. Мне было лет пять, и тогда я еще боялся этого чужого мужчину, за которого моя мама вышла замуж. Дангор потрепал меня по волосам и предложил выбрать в своем кабинете более комфортное место.
С тех пор у нас так и повелось — он работал, а я играл, или просто сидел и слушал. И всегда запоминал, анализируя услышанное, потому что мне было интересно.
Сейчас, будучи взрослым, я понимаю, что только ради любви к своей женщине, Дангор принял и попытался полюбить ее сына. Но тогда, в пять лет, его доброе ко мне отношение казалось мне каким-то чудом.
Волшебным подарком, случайно доставшимся ребенку, которого люто ненавидел его собственный отец…
Дангор, наконец, отвернулся от окна, прошелся по кабинету и с наслаждением вытянул ноги в свободном кресле рядом с камином.
— Садись ко мне поближе, Родерик. — позвал он, показав на пустое кресло. — Ты уже виделся с Соларой и девочками?
— Да, я зашел к ним, как только приехал. И еще зайду после нашего разговора. Малышка Рози прелестна. — я улыбнулся, вспомнив свою новорожденную сестру, которую сегодня увидел первый раз.
Дангор выглядел усталым — видимо, сказывались тревоги последних недель, когда всех потряхивало из-за произошедшего в академии. И из-за Эла, который, к сожалению, так и не пришел в себя, и по-прежнему находился в полубезумном состоянии под неусыпным надзором лекарей и магов-менталистов.
— Родерик, я рад, что ты помог Стену Грранису с поиском и расследованием произошедшего. — наконец заговорил отчим. — Он говорил с тобой об академии?
— Да, Стен просил меня помочь ему с обеспечением безопасности адептов.
Отчим бросил на меня быстрый взгляд:
— И что ты ответил?
Я пожал плечами:
— Сказал, что подумаю. Почему я должен бросать свои дела, чтобы помогать Стену?
— Может быть, потому что это дело государственной важности, Родерик? — мягко спросил Дангор.