Руки вдруг заходили ходуном, пальцы разжались, кружка полетела на пол и с грохотом покатилась в сторону.
Я принялась судорожно втягивать воздух, изо всех сил сжимая зубы, только чтобы не закричать — передо мной опять встало мертвое лицо с остекленевшим взглядом и в ушах прозвучал тот жуткий, чавкающий звук, после которого Делайя умерла.
— Лиззи, тише девочка, тише. — Родерик подхватил меня на руки и усадил к себе на колени, прижимая и баюкая, как ребенка. — Справиться с ним было не сложно.
— Как ты победил, Родерик? Ты ведь даже не стал обращаться в дракона, а вышел к нему с одним мечом. — я впилась в его рубашку, всю в пятнах и подпалинах, и принялась дергать, добиваясь ответа от не желающего отвечать гада.
— Думаю, дама Дворцова, об этом мы побеседуем в другом месте. — прозвучал надо мной холодный, очень властный голос.
От него веяло такой силищей, что я невольно замерла и даже перестала рвать бедную, ни в чем не повинную рубашку.
Запрокинула голову, посмотреть, кто там.
И наверное, потеряла бы сознание, если бы у меня были на это силы: сверху, очень недовольно, на меня смотрело знакомое по портретам лицо здешнего властителя. По слухам, очень властного, сурового и ужасно жестокого дракона. Его величества короля Дангора Первого.
Лицо смотрело, хмурило брови и, кажется, прикидывало съесть меня на завтрак, или лучше приберечь на обед.
Нет, я бы точно, хлопнулась в обморок, если бы у меня над ухом не прозвучал фирменный равнодушный голос Родерика:
— Прекрати пугать мою Лиззи, Дангор…
Глава 35 За что боролись…
Светлые, почти прозрачные глаза его величества сердито вспыхнули. Он недовольно поджал губы, однако, никак не отреагировал на такую непочтительность.
Я новыми глазами взглянула на держащего меня на руках дракона — кто ты, Родерик Сторвилл?
Разве с царственными особами можно так разговаривать — почти угрожающим тоном и на «ты»? Причем, в присутствии огромного количества свидетелей.
Хотя, нет: кто-то, или Родерик, или сам король, успел отгородить нас троих защитным, чуть заметно мерцающим куполом, так что обошлось без свидетелей. Защитные контуры и ауры я уже начала видеть, только ничего в них не понимала.
И тем не менее, я хорошо помню, как бедная Делайя разговаривала с белокурой принцессой, гулявшей по академии под ручку с Родериком: исключительно на «вы» и очень почтительно. Значит, тут не принято панибратство с власть имущими.
Вспомнив про ведьмочку, я опять почувствовала нарастающий комок в горле и быстро задышала, чтобы меня не стошнило.
— Тебе плохо, Лиззи? — Родерик тревожно заглянул мне в лицо. Странно, но следом за ним и его величество Дангор сунулся ко мне, и как будто принюхался.