Куртки, кстати, придумал Линь Мо. Он же нарисовал эскиз, а местные портные воплотили в жизнь. Темно-синие, с вышивкой на спине: демоническая кошачья морда, а под ней иероглифы «Доставка без хлопот». Выглядело это одновременно солидно и… соблазнительно, потому что куртки ладно сидели на плечах бывших солдат, подчеркивая ширину спин и узость талий.

Я подозревала, что многие барышни заказывают еду не столько ради еды, сколько ради возможности лицезреть этих красавцев у своего порога. Но кто я такая, чтобы осуждать? Если бы в моей прошлой жизни пельмени разносили такие экземпляры, я бы тоже разорилась на доставку. Себе, что ли, заказать?

Ло Чэн, как главный по доставке, первое время хмурился, считая это ниже достоинства воина. Но когда увидел первые деньги и благодарные взгляды заказчиц, оттаял и даже начал следить, чтобы его бойцы улыбались пошире.

И тут выяснилась интересная деталь.

Наши доставщики не просто разносили еду. Они много разговаривали: со служанками, с ключницами, с младшими женами, с охраной у ворот. А те, кто пообщительнее, — и с самими заказчицами, если те выходили встретить курьера собственной персоной.

Люди любят поболтать. А красивым мужчинам в форменных куртках рассказывают особенно охотно.

К концу третьего дня Ло Чэн явился ко мне с озадаченным лицом и списком, от которого у меня глаза полезли на лоб.

— Принцесса, — сказал он, протягивая исписанный листок, — мои люди собрали кое-какие… сведения. Мне кажется, вам стоит знать.

Я пробежала глазами по строчкам.

Жена канцлера, госпожа Янь, принимает у себя учителя каллиграфии. Молодого, красивого, каждый день, ровно в час, когда канцлер в министерстве. Служанка, которая открывала дверь нашему доставщику, хихикнула и сказала: «Госпожа теперь и обедать стала чаще, чтобы к уроку успеть».

Юная госпожа из дома Цзян, та, что должна была выйти замуж за второго сына министра финансов, внезапно осталась без жениха. Поговаривают, он сбежал с певичкой из «Ароматного дома» за три дня до свадьбы. Теперь девушка не выходит из комнаты, а заказы через служанку передает исключительно на сладкое.

Младший сын из дома Вэй, тот, что любил сорить деньгами, проиграл в кости не только свое состояние, но и отцовские сбережения. Старый господин Вэй в бешенстве, сына заперли в подвале, а заказы теперь принимают тайком, потому что жрать все равно хочется, а готовить дома некому — всю прислугу распустили за долги.

Я читала и чувствовала, как во мне просыпается что-то среднее между ужасом и любопытством. Это же золотая жила. Не в смысле сплетен (хотя и в них тоже, я та еще змеищща), а в смысле понимания того, что происходит в столице.