— Да, — фыркнула я. — Приняли бы и поняли? Разрешили бы дальше действовать?

— Разрешил бы, — подтвердил он. — Не могу не отдать тебе честь, ты оказалась значительно умнее Гао Лань. Решительнее, полезнее. Служи ты интересам Цинлун… мне было бы совершенно безразлично, чье лицо носит самозванка.

Я присвистнула.

— Какая удивительная гибкость взглядов.

— Государству нужны результаты, а не красивые легенды.

— Вау, а мне-то казалось, что вам просто нравилось всех мучить. Вы же садист, генерал? У вас, случайно, нет потайной комнаты с плетками? Говорят, такие модно в алые тона красить.

— Какими плетками?

— Кожаными, — вставила я услужливо.

Он моего юмора не понял. Ну, и я хватанула лишнего.

— Хватит, — он рявкнул, так и не осознав, в чем состоит шутка. — Замолкни. В тебе нет никакой покорности, благородства и ума. Мы могли помочь друг другу в достижении целей. Ты бы перестала быть какой-то кухаркой, а я бы получил слабую империю Цинлун. Но ты выбрала не ту сторону.

Я видела, что довожу его своим поведением, что он вот-вот сорвется, но я не обладала мышлением стратега. Существуют люди, которые в минуты опасности соображают, расставляют капканы, они-то и становятся великими генералами. А я несла то, что пришло в мою голову. Мне стыдно, но я давно смирилась с тем, что не блещу умом. Посему, могла проговорить лишь одно:

— И че?

Как известно, этот вопрос обескураживал любых противников, особенно в тот момент, когда у тебя заканчивались разумные аргументы.

Лун Цзюэ опешил. На несколько секунд он потерял дар речи и обернулся на воинов. Те тоже не были готовы к атаке на интеллект и пожали плечами. Воистину, это самый философский вопрос.

— Где настоящая Гао Лань? — выпалил он.

Можно подумать, что ее судьба его волновала. Ему тупо ответить было нечего.

Я шаркнула ногой. Повторяться было нельзя. Так только пятилеткам позволяется.

— Какая теперь разница? — скорчила гримасу я. — Гао Лань так боялась вас, собственного отца и всех родственников, что возвращаться ей совсем не захочется.

Генерал отмахнулся.

— Я не буду изображать интерес, мне безразлична ее судьба. Ей не хватит духу, чтобы вылезти из той норы, куда она спряталась. Ты сама кто? Ты была ее служанкой в Цинлун? Ты внебрачная дочь? Откуда подобная схожесть?

Учитывая, что терять мне было почти нечего, я спокойно ответила:

— Я попаданка из другого мира, попавшая в тело Гао Лань.

Меня никто не послушал, не поверил, и меня обвинили во лжи. Успех, после которого Лун Цзюэ буквально взорвался.

— Ты смеешься надо мной? Позволяешь себе подобные шутки?