Глава сорок пятая. Роза
Ее звали Роза, и она была беременна. Я узнала об этом от Ульриха, который вошел в кабинет с докладом о выживших после ночной атаки. Среди пленных, захваченных в катакомбах вместе с Лотаром, была молодая женщина с огромным животом. Она сидела в казематах уже вторые сутки и все это время молчала, а теперь вдруг заговорила.
– Она просит аудиенции, госпожа, - доложил Ульрих с сомнением. - Говорит, что знает имена тех, кто помогал Лотару изнутри и до сих пор в замке. И готова рассказать… Но только вам.
Я откинулась на спинку кресла, глядя на подчиненного. Беременная женщина, но сообщница Лотара. Она молчала, помогала ему, тоже готовила покушения, однако… Я опустила взгляд на живот, то лишь начал округляться. В скором времени его уже будет не скрыть новым фасоном платья.
– Приведи ее.
Ульрих кивнул и исчез на минут пятнадцать, вернувшись уже с девушкой. Молодая, с бледным, изможденным лицом, светлые длинные волосы теперь были тусклыми и спутанными. Испуганная, прижимающая ладони к животу… С ней обращались как можно мягче, держали отдельно в удобствах, которые могли позволить себе подобные места, однако, судьба была практически предрешена.
Она остановилась в двух шагах от моего стола, стражник, сопровождавший ее, отпустил локоть и отошел.
– Ты просила об аудиенции, я слушаю.
– Я… Я знаю имена, - она облизнула сухие губы. - Т-тех, кто помогал Лотару, кто все еще в замке. Они… Они здесь.
– В обмен на что?
– На жизнь... Мою и моего ребенка. Я виновата, я готова п-понести наказание после рождения, но он… - она прижала руки к животу сильнее. - Он не виноват, он не выбирал, у кого родиться. Он не должен умирать за мои грехи. Пожалуйста, - Роза упала на колени. - Казните меня после родов, если хотите, но дайте ему шанс…
Беременная женщина на коленях, просит о пощаде даже не для себя. Я выдохнула зло - на себя, на Лотара, на всех, кто ее в это втянул, поднялась и помогла встать Розе. Усадила в кресло и присела на край стола.
Я смотрела на ее огромный живот, дрожащие руки, на слезы, текущие по щекам… Какие бы статусы ни дал мне Рихарда, в какую бы степень не возвел любовь, в материнстве мы были одинаковы.
Если бы судьба сложилась иначе... Если бы я не встретила Рихарда. Если бы меня не притащили в этот замок как трофей. Если бы я осталась в своей деревне и вышла замуж за какого-нибудь фермера, между нами бы и вовсе стерлись различия.
Просто две женщины и матери по разные стороны войны. Только одна из нас победила, а другая стояла сейчас перед ней на коленях и молила о пощаде.