Экипаж резко тряхнуло.
Глава первая. Омела
Два месяца. Шестьдесят дней и ночей в захваченном городе. Если бы кто-то сказал мне тогда, на пепелище, что я буду добровольно в замке, где повсюду теперь черные знамена, то рассмеялась бы этому человеку в лицо. Возможно, истерически.
Но город не умер. Он, как ни странно, дышал и изменялся. Израненная столица, ослепшая от дыма костров, возвращала себе если пока не величественный, то вполне живой облик.
Я поправила манжеты нового платья - строгого, черного, без лишнего кружева, ибо не пристало ходить разукрашенной, если работаешь на генерала. Единственным украшением была серебряная брошь в виде омелы - подарок Рихарда. Который приняла лишь потому, что она служила пропуском в любые уголки… пожалуй, не только замка и столицы, но и захваченных проклятыми земель.
Омела. Растение-паразит. В тяжелую зиму остается зеленой, присосавшись к дереву-хозяину, когда все остальное кажется мертвым. Иронично.
– Госпожа Беатрис, - Корвин, за эти два месяца ставший моей тенью, помощником и охранником, вошел в кабинет с кипой новых донесений. - Из южного сектора сообщают, что рынок открыт. Местные лавочники начали принимать монеты нового короля, - глубоко вдыхает. - Сначала плевались, но когда поняли,что на них можно купить свежее мясо… Стража следит.
– Гордость пасует перед голодом, Корвин, - я не поднимала взгляда от бумаг. - Что с лечебницей?
– Тише, но охраняем. Заполнена наполовину. Матери приносят детей, наши лекари работают с городскими. Когда болеет ребенок, женщинам все равно на слова мужчин, - он устало падает в кресло напротив. - Город привыкает.
– Патрули все равно никуда не денешь. Пойду подпишу, - взмахиваю листами, поднимаясь. - Отдохни пока.
Провожу по плечу вампира. Признаться, мне тоже было непривычно бок о бок работать с проклятыми. Замок теперь - это все темные, которых боялись люди и даже маги. С драконом-королем. С драконом-генералом.
И к бледноликому Корвину, с виду восемнадцатилетнему (сколько ему на самом деле, так и не выяснила), тоже привыкла не сразу. Инстинктивно закрывала шею украшениями, например. Так глупо теперь все это кажется.
Но нынче моя цель находилась за дверью из черного дуба. В приемной генерала Рихарда сегодня тихо, только мы и сидели. Мы. И два безмолвных рыцаря-тени. Как я успела выяснить - мертвых.
В кабинете пахло старой кожей, терпким вином и морозом из приоткрытого окна. Сам Рихард сидел у камина, откинув голову на спинку высокого кресла. В руке - бокал с темным вином, на коленях - донесения. На нем не было мундира - лишь тонкая черная рубашка с расстегнутым воротом.