— Скучновато, –честно признался я.

— Тогда другая история. Сильные всегда живут на жирной земле, слабые ютятся, где придется. Например, в горах. И здесь уже либо постепенно передохнуть с голодухи, либо от отчаянья рвануть на штыки, пусть первые умрут, зато остальные доберутся до вожделенного… Самые голодные и отчаянные жители гор пошли вниз, отбирать поля у тамошних жителей. Те их резали, но шли новые голодные горцы. В конце концов, их стало так много, и они были так злы — что победили. И отчаянные, смелые, злые горцы пошли по долине Серой Воды, захватывая свой жирный кусок. Те же, кто не решился на риск — по-прежнему голодают в горах, дожидаясь своей степени отчаяния.

— Это оцколи? — оживился я. — То есть, четлане и оцколи — это один народ?

— Да, они были одним народом всего-то лет двести назад. Но разный выбор разделил их. Дальше-то рассказывать?

— Да, конечно! Извини, — улыбнулся я.

— А дальше было брожение. Кто-то спустился до ближайших разоренных сел и на этом успокоился. А кто-то не ленился, искал. Кто-то решился на риск! И тут два варианта: рисковые либо пропадали без следа, либо находили землю мечты. Группа родов, пока все делили клочки земли в предгорьях, отправилась вниз по Серой Воде — и нашла эти места. Широкая долина, густые леса, хорошая земля. Они поселились вместе и для защиты от собратьев избрали общего вождя. Тот вождь был безродом и чтил одного бога, — идол многозначительно стих.

— Он чтил Желтого Червяка! — радостно подхватил я. — Правильно, учитель?

— Угу… Только формулировочка хромает. В общем, всё было хорошо. Крыло росло и богатело на жирной земле, даже соседи стали слушаться тамошнего имачату, как будто бы он был их вождь. Бехрод стал владыкой над многими. Трусливых горцев отвадили от долины, ибо самим мало. И начались счастливые годы.

— Я просто чувствую, что сейчас пришло время для «но».

— Вот именно. Но… Но время шло. Ничего ужасного, ни мора, ни лютых врагов, ни катаклизмов. Просто время… Богатство Крыла угасало. А вокруг него всё менялось. Новые смельчаки уходили всё дальше вниз по реке, вышли на Великую, где стали открывать богатые земли. Они шли путем Дома, и скоро поймут это… Если уже не поняли. А в горах, в голодных и холодных горах копятся новые отчаянные роды, которым одна судьба: умирать или идти вперед. Всё меняется. Всё повторяется.

— А ты не хочешь, чтобы всё менялось? — тихо спросил я у бога.

— Опять ты… — рыкнул зло Червяк. — Упрощаешь всё. Не меняется только то, что мертво. А вот этого я точно не хочу. Судьба связало меня с этим племенем. Они думали, что эта связь приведет их к счастью… Как-то не по-божески обламывать их. Доверившихся тебе людей.