Амбал заржал.
— Смелый, — сказал он, сплёвывая под ноги. — Люблю ломать смелых. Они так забавно визжат, когда понимают, что понты костей не берегут.
Он кивнул своим приятелям.
— Взять его. Только аккуратно, лицо сильно не портить. А вот пальцы… пальцы можно и пересчитать. Повару они всё равно без надобности, если он готовить перестанет.
Двое боковых начали расходиться, беря меня в клещи.
Я вздохнул. Драться не хотелось. Я ведь только-только почувствовал себя человеком, а не загнанным зверем. Но, видимо, в этом городе спокойная жизнь мне не светит.
— Знаете, парни, — сказал я, медленно снимая перчатки и убирая их в карман. — Если жизнь подкидывает тебе жёсткое мясо, не стоит жаловаться на судьбу и плакать. Стоит просто достать молоток для отбивных.
— Чего? — не понял амбал.
— Того, — я улыбнулся, и, наверное, в темноте эта улыбка выглядела жутковато. — Сейчас я буду делать из вас фарш.
Глава 12
Внутри меня не было страха. Совсем. Мёд Травки, который я съел в лесу, всё ещё бурлил в крови. Мир вокруг казался невероятно чётким, почти хрустальным. Я видел пар, вырывающийся из ртов нападающих. Слышал, как скрипит кожаная куртка главаря, когда он сжимает кулаки. Время для меня текло иначе.
Они видели перед собой жертву, уставшего интеллигента в дорогом пальто, который должен дрожать и молить о пощаде. Я же видел перед собой ингредиенты. Грубые, необработанные куски мяса, полные жил и хрящей, которые нужно просто грамотно разделать.
— Взять его, — лениво скомандовал здоровяк по центру.
Левый, с битой, дёрнулся первым. Он замахнулся широко, с оттяжкой, метя мне в плечо или голову. Глупый удар. Я увидел его начало ещё до того, как его мышцы напряглись.
Не стал отступать назад или закрываться руками, как он ожидал. Я шагнул навстречу. В зону поражения.
В кулинарии есть правило: если нож падает, не пытайся его поймать. Отойди. Но в драке правило другое: если на тебя летит удар, сократи дистанцию, лишая рычага силы.
Я скользнул внутрь его обороны. Моя левая рука жёстким блоком встретила его предплечье, останавливая замах, а правая, сжатая в кулак, коротко и сухо ударила в солнечное сплетение.
Удар был не сильным, но точным. Я знал анатомию. Я знал, где находятся нервные узлы.
— Хэк!
Звук был похож на то, как лопается перекачанный мяч. Воздух с силой вырвался из лёгких парня. Его глаза полезли на лоб, бита выпала из ослабевших пальцев и глухо стукнула об асфальт. Он сложился пополам, как дешёвый складной стул, и рухнул на колени, хватая ртом воздух, которого там не было.
Второй, с цепью, стоявший справа, на секунду растерялся. Он не ожидал, что его напарник выйдет из строя за одну секунду. Но инерция агрессии толкала его вперёд.