– Нет.

– Получается, мама была не так уж и не права.

Мы оба знаем, что это не так, поэтому нет необходимости произносить это вслух.

– Что еще вам известно об этой девушке?

Я рассказываю Дженнифер почти все, что узнал от Вреда Бергкампа. Она записывает. Рассказываю, что Анна Мэриголд жила где-то неподалеку от Пенсильванского университета, что ее мать умерла и ее взяла к себе тетка. Что в Испании она еще с одним мужчиной разводила туристов. Дженнифер кивает, продолжая записывать. Надо полагать, подобных историй она слышала не один десяток.

Я не говорю о том, что стал одной из жертв Анны Мэриголд. Не хочу, чтобы она усомнилась в чистоте моих мотивов.

– Вы не знаете, жива ли еще эта Анна Мэриголд? – спрашивает меня Дженнифер Шульц.

– Жива.

Дженнифер Шульц крутит в пальцах бабочку на цепочке, словно это четки.

– У нее все в порядке?

– Да.

– Но у нее есть вопросы относительно своего прошлого.

– Что-то в этом роде.

– У меня есть частная база данных, но она огромная. Вам известно, как работало агентство «Радиант Аллюр»?

– Расскажите мне.

– У нашего агентства были стойки в торговых центрах. Молодые девушки проходили мимо – и юноши тоже, – и мы останавливали их и говорили, что они очень красивые и что, возможно, им стоит подумать о карьере модели. На самом деле пускали в ход грубую лесть. Потом пытались продать им модельное портфолио. По сути, фотосессию. Кое-кто называл это мошенничеством, но цены у нас были сравнимые с конкурентами, и потом, мы были далеко не первыми, кто продавал мечту.

– Вы тоже работали в агентстве?

– Да. Все четверо детей. Подрабатывали после школы. Это была хорошая подготовка к жизни. У агентства были стойки в десятках торговых центров по всей Пенсильвании и Огайо.

– Вы сказали, у вас есть частная база данных.

– Да. Я не могу ее обнародовать из соображений конфиденциальности. Это привело бы ко множеству ложных исков и судебных процессов. У вас есть фотография Анны из тех времен?

И тут я понимаю, что фотографии у меня нет. Зато в Сети есть несколько размытых зернистых снимков Виктории Белмонд того периода, так что я гуглю их. Негусто. Я вижу Анну в лице Виктории, в особенности в глазах, но не исключено, что это всего лишь игра моего воображения. Я нахожу несколько фотографий, сделанных сразу же после того, как Виктория объявилась вновь, – те самые, на которых она без волос и снята с расстояния, потому что ФБР и ее родители оберегали ее приватность. Они чуть более четкие. Дженнифер Шульц просит меня сбросить их ей через «Эйрдроп». Я колеблюсь.

– Я могу рассчитывать на то, что вы сохраните ее личность в тайне? – спрашиваю я.