В наушниках я слышу голос Полли, которая говорит:
– Водитель говорит с билетером. Кажется, он направляется внутрь.
Черт!
– Я вас впервые вижу, – говорит мне Анна.
– Почему тогда ты пришла ко мне на занятие?
– Я не могу больше здесь находиться, – говорит она. – Он встревожится.
– Кто? – Это все бессмысленно. В руке у меня визитка, на которой напечатано только мое имя и номер телефона. – Вот, возьми.
– Что? Нет.
– Позвони мне, – говорю я.
Она качает головой, но визитку берет. Потом смотрит на меня:
– Вы не лжете? Вы действительно меня знали?
Прежде чем я успеваю ответить, голос Полли в наушниках сообщает:
– Водитель уже внутри.
– Твой водитель, – говорю я ей. – Он в театре.
– Пригнитесь! – говорит она в панике.
Я подчиняюсь. Упав на колени, опускаю голову как можно ниже и слышу знакомый голос Чувака-с-пушкой:
– Эй, у вас там все в порядке?
– Да-да, все нормально, – поспешно отзывается Анна. – Я просто… простите. Тут такой красивый интерьер.
– Угу, – говорит он. – Нам пора.
Анна кивает. Потом, прежде чем двинуться к выходу, смотрит на меня и шепчет:
– Не говорите никому, что видели меня. Пожалуйста.
Глава 12
Полли отменяет наблюдение за поместьем в Коннектикуте. Теперь никакого смысла в нем больше нет. После этого она уезжает на поезде к себе в Гринвич-Виллидж. Звонит Марти и говорит мне, что у него есть кое-какая информация от ФБР о похищении Виктории Белмонд.
– Во-первых, – говорит он, – дело так и не было раскрыто.
– Досье у тебя?
– Значительная его часть.
– Где оно?
– У меня дома.
Он диктует адрес. Я говорю, что уже еду. Гольфист Гэри предлагает меня подбросить, и я соглашаюсь. Гэри ездит на крутом «рейнджровере».
Мы едем в сторону Центрального парка. Я сижу на пассажирском сиденье рядом с Гэри и разглядываю его профиль. На вид я дал бы Гэри лет пятьдесят с небольшим. Он классический пухлячок с пивным брюшком, тощими руками и сутулыми плечами. Когда мне было двадцать, отец преподал мне урок, который я стараюсь никогда не забывать. Была суббота, самое начало лета. Мы гуляли по парку Вашингтон-Сквер. Если вы там бывали, то знаете, что парк представляет собой этакий микрокосм земного шара, уместившийся на площади менее чем в десять акров. Всего за несколько минут там можно встретить представителей буквально всех разновидностей человеческих существ.
– Надежды и мечты, – произнес отец с широкой улыбкой, раскинув руки, как будто собирался кого-то обнять.
– Ты о чем? – не понял я.
Он наклонился, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.
– Запомни, сын: каждый раз, когда ты видишь человека – не важно, богатого, бедного, молодого, старого, высокого, низкого, какого угодно, – у этого человека есть надежды и мечты.