В этот раз я смотрю альбомы – Арабелла заставила нас распечатать все фотографии и оформить в книги. Я не знаю, кому нужна эта память, причиняющая боль сродни физической.

Наш первый альбом начинается со свадьбы: мы вдвоем стоим у винных бочек и даем друг другу клятвы.

– Ты обещал любить меня всю жизнь, – произношу я, касаясь лица любимого мужчины на снимке. – Ты не сдержал обещание.

Я пересматриваю альбомы и плачу над своей судьбой. А когда складываю на место – в отдельную секцию в книжном шкафу, – замечаю у дальней стенки небольшой ежедневник. В нем Марсель вел записи о восхождениях и оставлял мысли на тот или иной счет.

«Сегодня она опустила руку в снег вместе со своим желанием. Она сказала, что снег однажды растает и вознесется вместе с ним к небу, как наилучшая из молитв. Я последовал ее примеру. И загадал, чтобы эта женщина полюбила меня так же, как, кажется, люблю ее я».

Я забираю ежедневник в спальню и перечитываю до утра. А утром, не сменив ночной сорочки, покрывающей мое стареющее тело, звоню по телефону, записанному на последней странице, и прошу незнакомого мужчину проконсультировать меня.

Он удивлен и несколько мешкает, но не отказывается выслушать историю с самого начала. И когда я подхожу к концу, то чувствую, что обрела нового союзника.

С этого начинается моя подготовка к покорению самой высокой вершины в мире.

***

Мистер Флемминг рассказывает, что необходимы три вещи – время, деньги и здоровье. Денег у меня полно, времени тоже с достатком, да и на здоровье не жалуюсь.

Мне не хватает высотного опыта. Перед тем, как пойти на двести девяносто тысяч футов, Флемминг рекомендует начать с вершин пониже.

Я упорно тренируюсь и спустя полгода поднимаюсь на Эльбрус, следующей покоренной вершиной становится Аконкагуа. Я с нетерпением жду лета, чтобы отправиться в главный поход.

В экспедицию собирается группа из девяти человек – двое туристов, альпинисты, шерпы и местный гид. Мы собираемся в базовом лагере, где разбиваемся на связки, в которых последовательно преодолеваем ледопад Кхумбу, Западный Цирк и стену Лхоцзе. После Южное седло и вот начинаем штурм вершины.

Спустя практически два месяца, затраченных на акклиматизацию, переходы, перевалочные лагеря и на сам штурмовой бросок, Эверест покоряется нам.

Не знаю, что испытывают остальные, стоя на вершине мира. Я ощущаю дикую пустоту.

Я вернула долг мужу. Исполнила его мечту.

Глядя в небо, я шепчу ему:

– Мой ветер пахнет одиночеством…

Шерпы готовятся к спуску, а я внезапно начинаю задыхаться. Из легких разом исчезает весь кислород, голова раскалывается надвое или натрое. Тело перестает подчиняться.