Наступает тишина. Самодовольная ухмылка медленно сползает с его лица. Он прищуривает глаз. Взгляд становится мрачным, изучающим. Он не верит моим словам, ждёт подвоха.

– Ты о чём? – его голос становится тише, жёстче. – Что за глупости? Уходишь куда?

– Ухожу от тебя. Прекращаю этот цирк. Больше я не буду твоей второй женой. Не буду жить через дорогу, как наглядное пособие твоего греха.

Он издаёт короткий, резкий смешок.

– Ты с ума сошла? Кто тебе такое в голову вложил? Эта… – он кивает на дом. – Она приходила к тебе? Так я с ней разберусь! Она не смеет вмешиваться!

– Зарема не «вложила» мне ничего нового, Азамат! Она лишь высказала вслух то, что я сама давно знала. Только не хотела верить. А теперь верю своим глазам и сердцу, которое устало болеть.

Он делает шаг ко мне. Красивое лицо искажается злостью.

– Хватит детских игр, Светлана! Думаешь, всё так просто? Я тебе дом купил! Я о тебе забочусь! Считаешь, что можешь так просто взять и уйти? Как собака, которую приютили?

Смыкаю веки. Слово «собака» обжигает меня, но не болью, а холодом. Подтверждает мою правоту. Отвечаю, без страха глядя в злые глаза.

– Я не собака, Азамат. Я человек. И мать. Мой сын не будет расти в тени твоей «настоящей» семьи. Он не будет смотреть в окна напротив, и видеть, как его отец живёт с другой женщиной. Не будет «вторым» сыном. У него должна быть нормальная жизнь. В честной семье.

Азамат раздувает ноздри.

– Какую ещё честную жизнь ты ему дашь? – он громко шипит, наклоняясь ко мне. В глазах презрение. – Ты кто? Девка с коровами! Я дал тебе всё! Статус! Защиту! А ты мне говоришь про какую-то честность? Это сказки для дурочек!

– Не спорю, раньше я была дурочкой. Но успела вырасти и повзрослеть благодаря тебе. Спасибо за науку. Теперь я знаю цену твоим словам и твоим «подаркам». Этот дом – не подарок, а клетка, за которую я сполна заплатила своим трудом. Думаешь, я не знаю, на какую сумму ты продал моих сыров? Но я выхожу из неё.

Он неожиданно хватает меня за руку. С силой. Так, что пальцы впиваются в кожу. Раньше бы я испугалась или растаяла от его прикосновения. Сейчас с раздражением смотрю на руку, сжимающую моё запястье. Поднимаю на него глаза.

– Отпусти меня.

– Никуда ты не уйдёшь! – Азамат срывается на крик. – Ты моя! Поняла? Моя! Я не позволю тебе уйти! Я всё расскажу твоему отцу! Братьям! Что ты сама меня соблазняла. Ты шлюха! Посмотрим, куда ты тогда денешься со своим сыном!

Противно слышать угрозы труса. Ядовитые обвинения повисают в воздухе. Ещё день назад меня бы убила мысль о позоре, о гневе отца. Но не сейчас. Я чувствую за спиной силу предков. Мои молчаливые собеседники – горы. Ощущаю их тихую, несокрушимую силу. Они молчат тысячи лет. Они видят всё. И они на моей стороне.