Я смотрю на него и не узнаю. Это не тот человек, который шептал мне на ухо ласковые слова в предгорьях. Не тот сильный человек, чьи прикосновения заставляли меня трепетать. Он чужой. Лгун. Предатель. И трус.
–Ты… ты знал… Ты же врач… Ты знал, что нельзя… что надо предохраняться и молчал… – у меня перехватывает горло. Слёзы, которые были слезами радости, теперь становятся солёными, горькими потоками, текущими по лицу.
Он опускает голову. Этот жест – лучшее признание.
– Ты использовал меня? – голос срывается. – Я была для тебя забавой? Глупой беззащитной девчонкой из дальнего аула?
– Нет! Клянусь, нет! Я люблю тебя, Сырыф! Но мы должны быть благоразумны. Тебе нужно… решить эту проблему.
Я замираю. Ледяной холод пронзает меня насквозь.
– Какую… проблему?
Он отводит от меня взгляд. Смотрит в пол. И бормочет:
– Беременность. Это сейчас невозможно, Светлана. Ты должна это понять. Я дам тебе денег. Отвезу к хорошему врачу. Всё сделаем тихо, никто не узнает.
Смотрю на него широко открытыми глазами. Снова «тихо», «никто не должен знать». Я слышала эти слова на протяжении всего «нашего» времени и не знала, почему он так говорит. Теперь поняла.
В этот момент во мне что-то умирает. Окончательно и бесповоротно. Любовь, вера, надежда… Всё, что было во мне светлого, гаснет. Я поднимаюсь со стула. Ноги ватные, но я держусь. Я должна держаться не только ради себя.
Я смотрю на него. Прямо в глаза. И говорю тихо, но очень чётко, в гробовой тишине кабинета:
– Это не проблема, а мой ребёнок. Мой сын. Или моя дочь. Он родится. А ты… Ты трус. И я тебя ненавижу!
Я не дожидаюсь его ответа. Разворачиваюсь, открываю дверь и выхожу в коридор. Иду, не видя ничего вокруг. Слёзы текут по лицу ручьями, но я не издаю ни звука. Чувствую, что несу в себе не только жизнь, как думала ещё полчаса назад. Я ощущаю всеми фибрами моей души смерть. Смерть мечты.
И где-то глубоко внутри – крошечное, беззащитное биение нового сердца, которое уже сейчас обречено на борьбу. Борьбу за место под солнцем, что сегодня светило для меня так обманчиво ярко.
Глава 7
Я бегу. Ноги сами несут меня прочь, подгибаются, спотыкаются о неровности асфальта. Я не чувствую тепла земли. Не ощущаю ничего, кроме ледяного кома в груди. Он с каждой секундой становится тяжелее, больше, разрывая меня изнутри. Слёзы заливают глаза, мир плывёт в серо-водянистой пелене. Я не знаю, куда бегу. Просто вперёд, подальше от этого кабинета, от этого человека, от страшной правды, которая навсегда изменила мой мир.
–Женат… Женат… У него двое детей…
Слова, как удары кулаком, бьют по глупой голове. Захожу за угол больничного корпуса. Прислоняюсь лбом к шершавой, прохладной стене и наконец выдавливаю из себя первый тихий, безумный стон. Потом другой. Третий. Тело содрогается в рыданиях. Я безвольно скольжу по стене на землю, не в силах держаться на ногах. Колени подгибаются. Сажусь в пыль, не обращая внимания, что мараю одежду.