Делаю шаг назад к двери. Моя миссия выполнена. Улыбаюсь, глядя в потерянное лицо зятя властного тестя. Удивляюсь в очередной раз, как я могла так беззаветно его любить?
– Я желаю тебе всего хорошего, Азамат. Искренне. Прощай.
Он не отвечает. Сидит, опустив голову, глядя в пол. Я выхожу из кабинета, тихо прикрываю за собой дверь. Щелчок замка звучит как точка. Как окончание длинной, тяжёлой главы.
Я иду по коридору, и меня переполняет странное чувство. Это не эйфория, не злорадство, а лёгкая, светлая пустота. Как после долгой болезни, когда температура спала и осталась только слабость и ясность в голове. Тень, долгие годы следовавшая за мной по пятам, наконец отстала. Растворилась бесследно в больничной стерильности.
Я выхожу на улицу. Солнце светит по-настоящему ярко, по-летнему горячо. Оно греет лицо, руки. Я делаю глубокий вдох. Воздух пахнет не больницей, а асфальтом, прогретым на солнце, и далёкими горами. Перехожу через дорогу. Не оглядываюсь. Мне не на что оглядываться. Всё, что было ценного в том прошлом, – мой сын – уже здесь, в моём настоящем. В нашем с Вазиром будущем.
Подхожу к нашему дому. Дверь открывается, прежде чем я успеваю достать ключ. На пороге стоит Вазир, а рядом, ухватившись за его штанину, выглядывает Аслан.
– Мама! – кричит он и бежит ко мне.
Я подхватываю сына на руки, прижимаю к себе. Его тёплое, доверчивое тельце – лучшее доказательство правильности моего выбора.
– Всё нормально? – тихо спрашивает Вазир. В его глазах нет любопытства, есть только забота.
– Всё нормально, – улыбаюсь я ему. – Абсолютно. Теперь всё по-настоящему нормально.
Я вхожу в дом, и дверь плотно захлопывается за моей спиной. Закрывается от прошлого. От теней. От боли. Я ставлю Аслана на пол.Он весело бежит к своим игрушкам. Вазир берёт мою руку, молча подносит к губам. Его поцелуй на моих пальцах – это клятва. Клятва будущего.
Мысленно подхожу к окну и смотрю на ту сторону дороги. Но уже не вижу тот дом. Я вижу горы. Высокие, вечные, прекрасные. Они были свидетелями моего падения и моего восхождения. И теперь они будут хранить моё новое, настоящее счастье. Без теней. Только свет для Светланы.
Эпилог
Открываю глаза. Я снова стою на холме. Взрослая женщина с глазами, в которых побывала зима. Смотрю на руки. Они больше не те пугливые, что держали шёлковый платок мамы. Это руки, которые доили коров, месили творог, качали люльку с сыном. Руки, которые оттолкнули прошлое и построили новую жизнь.
Азамат называл меня Сырыф. Светленькая. Я и есть свет. Но не тот яркий, ослепительный и обжигающий, что может погаснуть от одного дуновения предателя. Нет. Я стала другим светом. Тёплым, как очаг в зимнюю ночь. Устойчивым, как солнце в зените. Жизнеутверждающим, как первый луч после долгой грозы.