Я возвращаюсь в дом к Марине. Она, всякий раз видя моё сияющее, раскрасневшееся лицо, качает головой.
– Светка, девочка моя, опять с работы так поздно? И глаза горят, как два уголька. Уж не тот ли красавец-заведующий виновник радости на твоём лице?
– Марина, ну что ты выдумываешь?! Мы работали! – отмахиваюсь я, но скрыть глупую, счастливую улыбку не получается.
– Работали, говоришь… – она вздыхает. В серых глазах читается беспокойство. – Ладно. Только помни: осторожность лишней не бывает. Мужчины в годах, да ещё и на таких должностях… они не всегда ищут сердце, детка.
– Ты его просто не знаешь! – горячо возражаю я, понимая, что она тактично вуалирует. Яростно защищаю своё счастье: – Азамат другой! Он уважает меня! Он… он ценит меня! Мы скоро поженимся.
Марина грустно улыбается в ответ. Она мудрее. Видит дальше моих расправленных крыльев. Но я отказываюсь её слушать. Я верю ему больше, чем всем на свете. Больше, чем самой себе. Азамат – моё солнце. А я – его Сырыф.
Я уверена, что самое большое счастье в моей жизни уже наступило.
Ещё не знаю, что это счастье – всего лишь красивая, блестящая обёртка на горькой, отравленной конфете. Представить не могу, что скоро фантик порвётся, и я увижу правду. Горькую и беспощадную.
Глава 6
Я держу в руках пластиковый прямоугольник. Пальцы дрожат. Прижимаю его к груди, будто это не кусок пластика, а самый дорогой алмаз, упавший с неба. Солнечный луч пробивается сквозь занавеску в моей комнате и ложится прямо на него, заставляя вторую полоску светиться розовым золотом. Она яркая, чёткая, указывает на настоящее счастье.
Сердце быстро стучит, как пойманная птица. Но это не страх, а восторг. Чистая, неразбавленная радость, распирающая меня изнутри. Она рвётся наружу смехом и слезами одновременно.
«Наш ребёнок, – шепчу я пустой комнате. – Наше с тобой чудо, Азамат».
Я закрываю глаза, и передо мной сразу возникает его лицо. Тёмные, горящие любовью глаза, улыбка, от которой у меня подкашиваются ноги. Представляю, как он обрадуется! Он так долго этого ждал. В редкие, украденные минуты, когда мы могли быть вместе, он говорил, гладя мой плоский живот: «Хочу, чтобы у нас был сын, Сырыф. Сильный, как гора. Или дочка. Красивая, как ты».
Я одеваюсь на автомате. Лучшее платье, зелёное, в цвет моих глаз, как он говорит. Поправляю светлые волосы. Лицо в зеркале сияет, глаза горят. Я несу ему не просто новость. Я несу ему наше будущее. Самый дорогой подарок, какой только может подарить женщина мужчине.
Я едва дожидаюсь автобуса. И почти бегу по улицам районного центра. Аул кажется мне сегодня не серым и пыльным, а сияющим. Даже воздух пахнет по-другому – свежее, слаще. Кажется, я лечу, а не иду. Каждый камень под ногами, каждое дерево – шепчет мне: «Поздравляем! Ты теперь мама!»