— Я прекрасно знаю, что ты не будешь делать то, чтомне нужно, — хрипло выговорил он, лишь подтверждая мою догадку. Но склонившись к моему уху, он прошептал: — Ты не такая, как другие оборотни. Но если так будет продолжаться и дальше — ты погибнешь. Никто не возьмет тебя в жены, никто не будет терпеть твои выкрутасы, Дарфолк. Всё это в прошлом. Теперь тебя попросту убьют, как непокорную волчицу, а я не могу позволить этому случиться.
Он провел рукой по щеке, скользнул пальцами по шее, вызывая дрожь во всем теле. И едва он до меня дотронулся — моя оборона пала, я слишком устала и сама того не желая вернулась в человеческое тело, оказавшись обнаженной лежа на траве, под ним. Кейн обхватил пальцами мой подбородок, заставляя смотреть в его глаза…
…и я тут же укусила его за руку!
Глава 2.2
Я почувствовала вкус его крови на губах. Но вместо того, чтобы вырвать руку, Эрик Кейн, будь он неладен, больно сжал мою нижнюю челюсть. Я уперлась ладонями ему в грудь, пытаясь оттолкнуть, но гад хоть бы ради приличия сделал вид, что заметил жалкие потуги королевы!
— Можешь, хоть всю руку мне откусить, но реальности это не изменит. Ты будешь принадлежать мне, и я не дам ни одному жалкому вонючему волку к тебе прикоснуться.
"Заткнись! Заткнись! Заткнись!" — хотелось взреветь мне, но рот был занят, я только сильнее сжала зубы. А Кейн только сильнее нажал пальцами в челюсть. Пусть больно, но не уступлю!
Я смотрела ему в глаза, и в них было требование полного подчинения, хоть он и ничего не говорил. Было в нем что-то от вожака, от того, чьим приказам следуют неукоснительно. При виде кого склоняют голову. Вот только не ту он волчицу под себя подмял. Видно по нему было, как он сдерживается, чтобы не применить против меня силу. Ну и дурак, по-другому со мной не сработает.
— Отпусти меня, — пригрозил он. Его глаза больше не краснели, словно у дикого зверя. — Иначе я либо сломаю тебе челюсть, либо… — его губы изогнулись в похабной улыбке, — …начну тебя разглядывать.
Тоже мне, напугал. Случалось и на людях перекидываться, я своего тела не стыжусь, потому что оно великолепно. А вот сломанная челюсть мне не нравилась, она заживет, но вот ругать свою охрану, которая сейчас черт знает где, я не смогу какое-то время.
Я разжала зубы, Кейн выдернул руку у меня изо рта. И, сволочь, не колебался ни секунды, сделал что хотел. Резко нагнулся и поцеловал меня.
Его губы — такие мягкие, такие сладкие... Я уже и забыла, каким может быть поцелуй. В голове зашумело, сердце заходилось в бешеном темпе. Я задохнулась от его поцелуя, когда Кейн с силой прижал меня к себе, просунув горячую ладонь мне под спину.