Я обошла вдоль стены лежащего на полу оборотня и присела рядом с его головой. Близкорасположенные друг к другу глаза открылись, и медведь посмотрел на меня черным взглядом, шевельнув крупным широким носом, вдыхая мой запах. Из пасти на пол текла кровь. Тагаччи шевельнул жуткой когтистой лапой, но это всё, на что ему хватило сил.
Чтобы довести медведя до такого состояния надо очень хорошо постараться. Кажется, у этих негодяев было аж четыре дня на это.
Опустившись на колени, я наклонилась к его морде и тихо спросила:
— Пожалуйста, ответь мне только одно. Он жив или нет?
Шумно втянув пастью воздух Тагаччи собирался что-то сказать, но дернулся.
— Достал! Чтоб тебя! Последний! — в щипцах молодой врач держал треснувший зазубренный серебряный наконечник болта.
Я вновь наклонилась к Тагаччи.
— Ответь мне, пожалуйста, — положила руку ему на голову, провела по жесткой грязной шерсти. — Тагаччи, скажи, он жив?
Медленно медведь раскрыл пасть и едва внятно выговорил, ему сложно было говорить в этой форме, но я поняла.
— Не знаю, — ответил он.
А потом я задала следующий вопрос. Не могла не задать.
— Анри там был? Мой сын там был?
— Да, — выдохнул медведь.
Глава 17.2
Я сидела на крыльце и смотрела в пустоту. Кто-то сунул мне в руки кружку с чаем, но я к нему так и не притронулась, опустив кружку на колени.
Вглядывалась в деревья вокруг дома. Тут и там мелькали силуэты медведей. Кадьяк сдержанно предупредил, что меня отсюда не выпустят ради меня самой. Но я смотрела на них и не могла усидеть на месте. Брошусь на то место, где проходила «проверка». Где проходило чертово убийство.
Или не убийство, я даже этого не могу узнать! Но меня тянуло туда, почему они все медлят?! Они ведь обещали ему помочь.
Я поставила кружку на деревянную лестницу и встала. И, как назло, из-за угла вырулил кадьяк и уставился на меня. Я, в свою очередь, посмотрела на него.
— Не надо, королева Кейн.
— Я перекинусь в волчицу, и эти тяжеленные медвежьи туши меня не догонят. Не успеют, — прорычала я.
— Агата, — окликнул меня женский голос. Я резко оглянулась.
Лачитта, высокая яркая женщина, с волнистыми каштановыми волосами и ясными голубыми глазами. Медведица. Жена Тагаччи и мать пятерых детей.
— Давай на сегодня закончим с жертвами среди волков и медведей. Если ты покинешь нашу территорию, тебя убьют. Тебя не догонят медведи, но догонит твоя собственная охрана волков и вернет сюда, они дежурят на границе, — сказала она. — Мне надо выпить чего-то крепкого, идем в дом. Кружку оставь, чай тебе не поможет.
Она уставилась на меня взглядом, не терпящим возражений. Я обернулась, глядя на негустой лес, и сжала кулаки. Он где-то там, он ещё жив, он где-то там и я должна его найти.