Открыла глаза и посмотрела на Кейна — он ещё не проснулся. И так же, как в тот раз, всю ночь не выпускал меня из объятий. Спать с ним было жарко, словно обнимаешь печь. Но дело было в том, что никогда так не спала за всю свою жизнь.
Я прожила с Михаэлем долгие тридцать лет. По меркам оборотней древней крови, это всего ничего, а я была намного его моложе. Однако… никогда он не прижимал меня к себе во сне так, будто ничто в этом мире ему не нужно кроме меня.
Чувствовала ладони Эрика на обнаженной спине и не хотела, чтобы это мгновение заканчивалось. Спокойное мгновение. Мирное.
Вытянула руку и провела пальцем по его мужественному подбородку. Хотелось его касаться. Хотелось извиниться перед ним… но очень некстати вспомнила про проклятое письмо. Это могло быть просто порывом злости, нормально для оборотней. Ничего особенного… если бы он не упомянул моих детей.
Не хочу задавать ему этот вопрос. Не сейчас. Не хочу. Возможно позже, у меня ещё есть время.
Эрик улыбнулся сквозь сон.
— Продолжай… — проговорил он.
Его рука я со спины сползла до поясницы и ещё чуть ниже. Я подтянулась чуть выше и поцеловала его в губы. Провела пальцами по светлым волосам.
Он открыл глаза и посмотрел на меня.
— Доброе утро. Как ты себя чувствуешь?
— Мне намного лучше. Спасибо.
Кейн в свою очередь провел рукой по моему лбу, спустился по щеке и тронул большим пальцем губы. Он перевернулся так, что я оказалась под ним.
— Насколько лучше? — его серебристые глаза сверкнули желанием. Ещё бы.
— Намного. Но если можно, то не на весь день и не до изнеможения.
Он наклонился и прикусил меня за шею. А потом прошептал.
— Везде у тебя условия и правила. Устрою тебе легкий утренний секс, тебе ничего не придется делать, только получать удовольствие, моя королева.
Как он это произносил, у меня сносило крышу.
От лишнего нижнего белья меня избавили просто мгновенно. Кейн был сверху. Я наслаждалась его мощным телом, каждым его прикосновением. Какой же он был горячий в постели, нереальный. Он был идеальным любовником. Поцелуи, ласки… чувствовалось, что Эрик берег меня, был осторожнее, чем в тот первый, ужасно ненасытный для нас обоих раз. Зато за ту долгую горячую ночь он будто изучил меня вдоль и поперек. Знал, как я буду реагировать на ту или иную ласку. Знал, чего со мной делать не стоит.
Он знал, когда я была готова принять его. Вошел одним мощным толчком и стал медленно двигаться. Чтобы не застонать во весь голос, я зажала рот рукой. Не хотела, чтобы в тихом доме раздавались стоны королевы.
Эрик порыкивал мне на ухо. Я чувствовала себя живой, полной сил. Пусть делает со мной, что хочет. Я в его руках в ловушке.