— Будто я тебе сейчас чемодан с деньгами предложил. — недовольно ответил Кейн. — Ты понимаешь, на что соглашаешься? Или только чтобы отделаться от меня сейчас так отвечаешь?
Я отошла от него, подняла его куртку с земли и отряхнула от сосновых иголок и пыли.
— То есть просто «да» тебя не устраиваешь? Его надо произнести каким-то определенным тоном? Мне его простонать? — ядовито уточнила я. — Сойдемся пока на этом, ладно? Не дави на меня. Но я больше не хочу сражений… Одна девочка, сейчас сидящая в подземной тюрьме, была права. Мы должны пересмотреть эти правила.
— Агата… Старых волков не переделать. Это возможно будет только через несколько десятков лет, когда они все помрут, — ответил Эрик.
Я протянула ему куртку, он взял её и опять накинул мне на плечи. А потом, взявшись за полы куртки, притянул меня к себе. Я посмотрела ему в глаза и сказала:
— Это ещё не всё. Я поклялась своему сыну, что убью тебя, если выясниться, что ты имеешь отношение к смерти его отца.
— Не то чтобы я боялся твоего сына, — серьезно отозвался Кейн.
— Знаешь, недооценивать своих врагов опасно.
— То есть он мой враг? А ты?
— А я слышу, что это сделал не ты и кого-то покрываешь. Анри будет плевать. Всё, что имеет к этому отношение — будет выжжено. Я вижу на его лице жажду отомстить, Эрик. И я бы на твоем месте поглядывала по сторонам, когда ходишь по городу.
— Ещё раз, я не боюсь твоего сына.
— Ещё раз — зря.
Мой сын не глупый и не злой, но боль в душе затмевает порой доводы разума. А молодая кровь доводит всё до Абсолюта.
— Так солги ему, чтобы это тебя успокоило.
— Я могу сдать ему того, кто это сделал.
— Нет.
— Тагаччи? Кто-то из твоей стаи? Ты проговорился, что там кто-то выжил.
— Агата. Забудь. Хочешь сказать кому-то, что твоего мужа убили? Скажи, что это я. Я возьму это убийство на себя. Но что-то я не вижу, чтобы кто-то из твоей стаи искал виновных, кроме твоего сына. Все первым делом бросились рвать тебя, чтобы добраться до трона. Михаэль для всех них был помехой.
Он был прав. Скорбные лица на похоронах были грязной ложью. Густав про Михаэля даже не вспоминал. Но с Анри всё равно что-то надо было делать.
Основные проблемы я решила обсудить после завтрака.
— Пойдем обратно, я страшно голодная, — пробормотала я.
— Я тоже, кабана бы целиком сожрал, — признался Кейн.
Вернувшись домой, мы первым делом в столовой обнаружили близнецов за столом. Для завтрака уже всё накрыли. Я села на своё обычное место и, как только Кейн опустился на место Михаэля. Луис и Руи вскочили.
— Это место нашего отца! — прорычал Руи.