Включил подсветку сбоку, под низким углом, чтобы каждый выступ излома отбрасывал тень.

— Боковой свет, — пояснил он, не отрываясь от окуляров. — В лоб ничего не разглядишь, рельеф плоский выходит. А под косым светом каждая ступенька видна.

Он медленно, винтами на лапках, подводил кромку чешуйки к кромке мастерка, поглядывая в окуляры, поворачивая то один образец, то другой на доли градуса. Потом замер.

— Так. Смотрите сами. Только окуляры не сбейте, я навел.

Я сел к микроскопу. В двух окулярах, объемно, под косым светом, лежали две стальные кромки, сведенные вплотную.

Зубцы одной входили во впадины другой. По всей длине излома, без единого разрыва. Линия шла непрерывно с одного куска на другой, как одна трещина, разорванная и снова сложенная воедино.

— Видите волокно? — Гаррисон говорил из-за плеча. — Темные полосы в металле, как слои. Это направление проката, как волокна в доске. На мастерке они идут под углом к черенку. На осколке продолжают тот же угол по наклонной. Если б осколок был от другого инструмента, волокна легли бы вразнобой. А тут видно продолжение.

Он сделал несколько снимков прямо через микроскоп, специальной камерой на стойке. Общий вид сведенных кромок, потом отдельные участки линии стыка и волокно металла на обоих кусках в одном поле зрения. Заложил новую пленку, переснял для дубля.

Затем проверил состав. Снял с обоих образцов микроскопическую пробу, провел химический анализ на приборе со шкалой и сверил результаты.

— Сталь одной марки, — сказал он, записывая в журнал. — Углеродистая инструментальная, состав сходится. И коррозия одного характера, пятнадцать-восемнадцать лет в сырости и грунте. Все одно к одному.

Заключение он составлял при мне, в тот же день, печатал на бланке лаборатории, сверяясь с журналом и снимками. Написал, что плоскость разлома фрагмента из ниши и плоскость обломанной кромки мастерка совмещаются по всей линии излома.

Рисунок зубцов разлома и направление волокон металла на обеих поверхностях продолжают друг друга без разрыва. Марка стали и характер коррозии совпадают. Фрагмент из ниши отделен именно от данного инструмента, иной источник исключен.

Подписал, поставил дату, приложил отпечатанные снимки с микроскопа. Копию обещал выслать почтой, оригинал отдал мне в руки под расписку.

Я прочитал заключение дважды, прямо в лаборатории, от первой строки до подписи. Потом сложил его со снимками в папку, поблагодарил Гаррисона, забрал образцы и поехал назад в Спрингфилд.

На другое утро я понес папку Хоббсу.

Он сидел за своим столом и разбирал бумаги. Я положил перед ним раскрытую папку и встал рядом.