К счастью, не в такой концентрации. Глаза режет, кожу противно пощипывает, но терпеть можно. Ощущения как просто в очень жаркий и солнечный день.
Ильтире было душно. Ей не нужен воздух, но именно здесь его как будто не хватает.
Интересно, светлые так же себя чувствуют в Паргороне? Может, им, наоборот, зябко?
Ильтира неслась в небесах Сальвана, с любопытством поглядывая на прекрасные облака. На одних высились здания, какие-то дворцы и пагоды, другие служили небожителям транспортом. Третьи просто как спальные места — полежать, отдохнуть под лучиками Света… Ильтиру аж передернуло.
С тем же успехом можно загорать на решетке гриля.
Она уже бывала в Сальване. Сначала — просто сунула робко нос, проверить свое Ме. Потом смелее. Потом еще смелее. А потом обнаружила, что Абсолютная Невидимость скрывает ее даже от богов.
Она долетела до Хартеполида, Бумажного Дворца. Вопреки названию, чертог Елегиаста не состоял из бумаги, хотя бог наверняка смог бы сотворить и такое… если бы зачем-то захотел. Просто его стены казались полными книг шкафами, колонны тоже выглядели стопками книг, а окна заменяли витражи, испещренные мелким текстом.
Елегиаст очень любит читать, судя по всему.
У входа сидела милая бабуся с раздутым лбом. Одна из небесных мудрецов, святая Каламита. Привратница Небесной Библиотеки, что находится прямо во дворце Елегиаста и занимает большую его часть. Пройдя мимо не заметившей ее небожительницы, Ильтира сразу оказалась в окружении свитков, фолиантов и глиняных табличек.
Книжки, книжки, книжки. Бесконечное множество книжек, целые их улицы и площади. Но здесь они не настоящие, конечно — зачем богам настоящие книжки? Это скорее… души книг. Их идейные воплощения, которые в неисчислимом множестве собрал Елегиаст.
И они Ильтиру не интересовали. Она сразу отправилась в Астрариум — священный зал, где можно получить ответ на любой вопрос.
Вместо купола тут было звездное небо, и рисунок созвездий ежеминутно менялся. Стены — из прозрачного синего камня, за которыми виднелись пейзажи других миров. Прямо по полу тек ручей, в водах которого мелькали образы, связанные с мыслями того, кто смотрит. А в самом центре парила огромная сфера, на поверхности которой вспыхивали и гасли символы сальванского языка.
В Астрариуме было полно посетителей. Небесные мудрецы с водянкой всей башки. Смахивающие на вонючих бомжей воздатели. Пустоголовые куклы, которые зовутся грациями и музами. Мимо пролетел розовощекий кудрявый амур, похожий на Фурундарока под успокоительным.
Были и небожители из других миров — сотканные из света и тени люмены, драконы из звездной пыли, ангелы с белоснежными крыльями и даже живые геометрические фигуры.