— Труби сигнал к атаке, Пресвитер, — пробасил Фурундарок.
Дзимвел чуть наклонил голову. Он не сдвинулся с места, но остальные его копии пришли в движение. Сотни Дзимвелов в сотнях миров одновременно сказали королям, президентам, генералам и верховным магам одно и то же слово:
— Пора.
Глава 37 К вам идет Паргорон
Пекельная Чаша превратилась в гигантский плацдарм. Творилось что-то невероятное. Рокил всего полгода как стал демоном, но уже понимал, что для Паргорона подобное беспрецедентно. Что такого столпотворения тут не было, возможно, со времен Десяти Тысяч Лет Войны, со времен грандиозной битвы за Башню Душ.
Место, кстати, почти то же самое. Немного подальше, но Башню Душ все равно видно. Гаштардарон решил превратить это в символический жест и собрать величайшую силу в истории именно там, где когда-то состоялась последняя в истории Паргорона междоусобная битва.
Строго говоря, не совсем последняя. Было еще восстание Худайшидана, да и другие отдельные стычки. Но они не имели и десятой доли того масштаба.
А сила, собравшаяся теперь…
Особенно удивительно, что это не начало вторжения в какой-нибудь несчастный мир, не война с богами или другими демонами. Впервые в истории Паргорон начинает не захватническую или истребительную кампанию, а освободительный священный поход.
Они выступают на спасение сотен миров.
— Пришел час, когда клинки наши пробудятся от векового сна, а знамена затмят солнце! — гремел над пустыней голос Гаштардарона. — Мир, что зовет нас чудовищами, дрогнет перед мощью Паргорона! Они зовут нас тьмой, но мы — огонь, что сожжет заразу, заполонившую миры! Сегодня мы воюем не ради разрушения — мы воюем за новую эру! Сегодня мы обретем новую славу — славу освободителей! Мы явимся как грозная буря, как кара небес, как сама судьба! Пусть наши клинки, что столетиями разили смертных, богов и друг друга, сомкнутся в единый строй! Пусть наша ярость, что испепеляла миры, обратится на истинного врага! Мы не будем последним щитом вселенной — мы будем ее карающим мечом! Вечная слава Паргорону!
Рокил смотрел на это в изумлении. Остальные фархерримы по-прежнему не подозревали о его существовании, так что он стоял отдельно от их корпуса, среди смешанных войск, которых собрали из кого попало и особых надежд не возлагали. Просто чем больше, тем лучше, лишних не будет, а если кто сдохнет — ну значит, не повезло.
Ими даже командовал Клюзерштатен. Сам такой же пария, ни то и ни се, наполовину гохеррим, а наполовину кир знает кто. Он прохаживался вдоль строя, хмыкал и размахивал шпагой, пародируя жесты Гаштардарона.