— Давайте разрешим эту ситуацию цивилизованным образом, — собрался с мыслями Дзимвел.
— Смотрите-ка, — хмыкнул Лис. — Цивилизованно! Он пришел к дикарям, чтобы решить все цивилизованно! В словаре махатра даже слова такого еще нет!
— Зато там есть слово «отхерачить», — сказал Вепрь, разминая шею.
Дальше Дзимвел жил недолго.
Глава 8 Ты нам нужен, Пресвитер
— … А потом они меня убили, — закончил доклад Дзимвел.
— Как печально, — раздался раскатистый голос. — Надеюсь, ты сопротивлялся?
— Да, Господин, я дорого продал свою жизнь. Но едва они убили одного меня, как остальные я в их мире перестали быть. Надеюсь, они решили, что устранили оригинал, так что мне конец.
— Будем надеяться. Они не глупцы, хотя иногда так и может показаться.
Огромный демон взирал на Дзимвела с высоты своего трона. С изображением на священной скале махатра его роднили разве что рога да трезубец, и однако сходство неуловимо угадывалось. В выражении лица, в пылающих алых глазах, в кривой зубастой усмешке проглядывало то же, что по описанию Дзимвела изобразил Вубааб.
Все миры демонов разные, каждый устроен по-своему. В одних заправляет единоличный абсолютный властелин, в других царит анархия и никто никому не подчиняется. Паргорон — где-то посередине. Над ним властвуют демолорды, двадцать семь всемогущих чудовищ, мажоритарных акционеров Банка Душ. Однако они не возглавляют кланы или отдельные государства, а царствуют совместно, этаким кошмарным сенатом.
И они не равноправны. Каждый демолорд владеет минимум одним процентом общемирового душевого капитала, но есть те, у которых больше двух процентов (таковых восемь), и даже те, у кого больше трех.
Таковых всего четверо, и их называют Большой Четверкой. Глава разведывательно-дипломатической службы Лиу Тайн, директор Банка Душ Каген, великая Матерь Демонов Мазекресс и Корграхадраэд, Темный Господин. Бессменный председатель правления, самый могущественный демон Паргорона и непосредственный начальник Дзимвела.
И на своего эмиссара он смотрел сейчас так, словно размышлял, похвалить его или сожрать.
— Что-то не так? — смутился Дзимвел, уловив настроение патрона. — Я где-то ошибся?
— В целом все хорошо… — медленно произнес Корграхадраэд. — Знамение ты явить успел… стоило закрепить успех, но все равно неплохо… Семена заронены, у нас есть последователи — и с этим Гуканщук уже ничего не сделает…
— Я не уверен, что они все-таки не убьют и Вубааба, — честно признался Дзимвел.
— Будет просто замечательно, если его убьют. Мученики — отличный инструмент. Молодые поколения смертных всегда настроены бунтарски, а потому выбирают сторону гонимых. К сожалению, небожители это тоже понимают, поэтому не тронут его и пальцем… А вот если они решат наставить его на путь истинный, исправить учение в свою пользу… этого нам не нужно, так что отправим туда стаю котят. Пусть убедят вождей убить Вубааба. Они этого и так хотят, надо просто подтолкнуть. Намекнуть, что твое чудо — просто трюк, обман. Тогда… да, это лучше всего. Конечно, придется подождать, пока они созреют… может, еще лет сто или двести. Но семена мы посеяли — и это главное. Дождемся всходов.