— … Привет, Дзимвел, — сказала Дорче Лояр, распахивая дверь.
Дзимвел не успел ответить — ларитра уже пронзила ему грудь стилетом. Тело обмякло и повалилось на груду фолиантов. Когда пять минут спустя в читальню зашел служитель, то увидел труп крылатого существа — но когда еще пять минут спустя он привел других людей, на полу было уже только пятно крови.
Спустя некоторое время растаяло и оно.
Охотница успела убить еще двоих. С огромной скоростью перемещаясь сквозь миры, откуда-то точно зная, где искать своих жертв, Дорче Лояр настигла и прикончила еще двоих. Больше не удалось — остальные Дзимвелы исчезли. Продолжили быть только те, что в урочище, да еще те, кому явно ничего не грозило. Вряд ли Дорче Лояр нападет на него на глазах у Мазекресс или в сальванском дворце.
Но итого он утратил двенадцатерых. Дзимвелов было пятьсот, а стало четыреста восемьдесят восемь. Что бы за оружие ни применила Охотница, оно оставило невосполнимую утрату.
— Адамант, — предположил Дзимвел.
— Или некий очень особенный артефакт, — сказал Дзимвел.
— Клинок, отсекающий… куски Ме.
— Или даже собственное Ме Дорче Лояр, оформленное в вещественном виде.
— Гадать бессмысленно, да и неважно, что это, — сказал Дзимвел. — Главное, что я к нему уязвим.
— Меня придется убить целых пятьсот раз, — заметил Дзимвел.
— Для кого-то вроде Охотницы это не так уж и сложно, — напомнил Дзимвел.
— А то, что она хочет меня убить, теперь очевидно.
— И она каким-то образом находит меня где угодно.
Дзимвел напряженно ждал, что она появится и здесь. Возможно, что и урочище небезопасно. Но… Дорче Лояр не появлялась.
— Похоже, здесь она делать этого не хочет, — сказал Дзимвел.
— Возможно, опасается привлечь внимание Мазекресс, — кивнул Дзимвел.
— Или дело в неких иных соображениях, — добавил Дзимвел.
Как бы там ни было, теперь ему придется перемещаться крайне осторожно. Постоянно оглядываться и быть на виду. Все убийства были совершены без свидетелей, ничего не заметили даже простые смертные. Возможно, это неспроста.
Впрочем… она может потерять терпение и начать действовать более смело. А каждый убитый ею Дзимвел — это Дзимвел, потерянный навсегда.
— Еще один вопрос, — сказал Дзимвел. — Она хочет убить только меня? Или другие тоже в опасности?
— Подождем, — ответил Дзимвел. — Если она убьет еще кого-то — поднимем тревогу.
— Стоит уведомить других апостолов, — произнес Дзимвел. — Они слишком важны.
— Если они узнают, то объявят ей войну. Как минимум Агип.
— И тогда она точно начнет их убивать. Если все раскроется, она перестанет осторожничать и нападет в открытую.