Многие вообще сражались в одиночку — и среди них был и Рокил.
Его случайные соратники почти сразу исчезли из виду, остались где-то позади. Рокил отделился от основной массы и сам помчался сквозь пространства — по тому маршруту и вешкам, что получил от Дзимвела. Миры накладывались друг на друга, двоились и троились… но во всех шла война и во всех была Грибатика.
Вселенные пылали. Паргорон выступил всей своей мощью, Паргорон ударил разом в сотню точек — и планеты превратились в гигантские костры. Все новые и новые, сменялись они перед Рокилом — и повсюду он выпускал янтарную силу.
Ходить здесь сквозь Кромку оказалось удивительно легко. Грибатика изрыла свои миры, как обезумевший крот, и Рокил просто мчался вдоль грибницы, на бегу, на лету хватаясь за серые нити и взрывая в брызги грибных зомби.
Его окружала сверкающая сфера. Ме Электричества, как назвал его Такил, выдавало бездны энергии. Все, к чему Рокил приближался, распадалось на мельчайшие частицы. Он будто мел землю огромной метлой, летел над ней палящей шаровой молнией.
Молнии били везде, куда бы он ни посмотрел. Словно сам мир охотно подчинялся демону, очищающему его от заразы. Подобный богу-громовержцу, Рокил обрушивал с небес электрические столбы, и испарялись целые области Грибатики. Тысячами развеивались грибные зомби.
Рокил сильно отделился от остальных. Ему проще было работать в одиночку. Он скользил из мира в мир, пособляя там, где Грибатика слишком вцепилась в землю и небо. Слишком душила своими миазмами.
И повсюду он видел сражения. Началось везде, разом, в сотнях миров одновременно.
Повсюду выступили войска.
Грибатика страшно расползлась и давно стала у всех костью в горле, но никто не начинал первым, потому что в одиночку такого врага одолеть было невозможно, а во многих мирах еще и не знали о ее истинной природе.
Но теперь, когда Паргорон выпустил легионы…
В одном мире Рокил увидел тысячи летающих блюдец. Они тоже били повсюду электрическими столбами, так что Рокил среди них даже немного потерялся. Под прозрачными колпаками сидели местные жители, похожие на разноцветные кляксы. Рядом с самой разноцветной, увенчанной пылающим цветком, Рокил заметил Дзимвела. Тот что-то рисовал в воздухе, и живая клякса таким же образом ему отвечала.
В другом мире грохотали пушки и ревели мамонты. Великаны с топорами и молотами шли единым строем, а над ними парили окованные металлом корабли. Все пылало и взрывалось, зомби падали один за другим, и Грибатику теснили все сильнее.
На спине самого крупного мамонта орала и потрясала копьем молодая девушка — и рядом с ней тоже сидел Дзимвел. Он что-то негромко сказал, стреляя в… Громилу. К ним вылетел покрытый слоистыми шляпками ящер с длиннющими когтями. Те не дотянулись до девицы пары локтей — и ящер упал. Его череп лопнул под ногой мамонта, и тот продолжал топтать труп, пока не превратил в серую кашу.