Это козырь всех фархерримов. Они очень-очень привлекательные.
Ильтира снимала один предмет одежды за другим, то опуская очи долу в притворной стыдливости, то бросая на Кардаша полные жаждущего огня взгляды. Ее движения стали особенно плавны и томны. Она будто танцевала под неслышную музыку — и Кардаш постепенно расслаблялся.
А Ильтира осторожно и незаметно приближалась. Шажок за шажком. Она будто боялась не самого Кардаша, а потерять его влечение.
А влечение было сильным, Ильтира это видела. Кардаш жадно и похотливо сопел, а взгляд стал совсем уже масляным.
— Раздевайся и ты, — сказала демоница, словно плохо сдерживая нетерпение. — Чего ждешь? Хочешь, помогу?
— Хочу, — хрипло сказал Кардаш.
Ильтира подошла вплотную. Серебряная кожа переливалась в лучах иллюзорного солнца. Глаза мягко сияли, язычок провел по верхней губе. Она протянула руки, словно вовсе не замечая направленного на нее оружия…
— Нет, стой, — вдруг сказал Кардаш. — Дважды этот номер не пройдет.
— Какой номер? — спросила Ильтира, резко отталкиваясь от земли.
— ХАТ!
Мигом спустя воздух прорезал ослепительный луч. Кожу будто чиркнуло раскаленным железом — но Ильтира успела уклониться. Она метнулась в сторону, перекатилась, прыгнула в кусты — а Кардаш крутился, полосуя все вокруг своим страшным жезлом.
— А жаль, ты мне понравилась! — крикнул он, хищно скалясь. — Я всегда тебя хотел!
Лучи Кардаша плохо жгли обычные смертные деревья. Их просто будто тыкали раскаленной кочергой. Зато когда он задел старый штаборат, тот вспыхнул и задымился. Во все стороны разлетелись щепки.
Ильтира переносилась от дерева к дереву, как тень. Рюкзак Каладона остался на лестнице, там же ее любимый лучевик. Но она двигалась быстрее Кардаша и каждый раз на миг опережала очередной луч. Взметнувшись по одному из стволов, демоница стала перепрыгивать с ветки на ветку, скакать по ним белкой.
— Я всю жизнь слишком любил женщин! — прокричал Кардаш, рассекая воздух слепящим лучом. — И чуть не поступил как идиот! Ничего личного, ты мне нравишься, но ты должна умереть! Как и все!
Ильтира ничего не ответила, и Кардаша это почему-то разозлило еще сильнее. Он выхватил еще и револьвер, принявшись палить в гущу листвы. Ильтира исчезла где-то там, в кронах — и Кардаш перестал ее видеть.
Наступила тишина. Жезл и револьвер замолчали, Кардаш обводил взглядом вершины деревьев.
— Что молчишь? — спросил он. — Ты обиделась или умерла?
Он нервно засмеялся.
— А твой муж правда мертв? — спросил Тавматург. — Если да, то жаль. Я хотел убить его сам. Думал взять в псари, но… пошел он.