К концу тирады она уже кричала, её пронзительный голос эхом отскакивал от каменных стен, а Гримарр смотрел на неё, расправив напряженные плечи.
— Успокойся, женщина, — сказал он. — Мои братья тебя слышат.
Ну конечно, его заботили они, а не его пара, которую он всё еще держал в плену, и Джул снова рассмеялась, громко и надломленно.
— Нет, — сказала она. — Я хочу, чтобы ты вывел меня наружу. Или наш договор расторгается, орк. Немедленно.
Напряженные плечи Гримарра, казалось, сжались еще сильнее, его лицо превратилось в жесткую маску, руки сжались в кулаки по бокам.
— Я не могу вывести тебя наружу, — сказал он. — Не сейчас.
— Почему, — огрызнулась Джул. — Потому что ты всё еще думаешь, что я сбегу?
Это должен был быть правильный ответ — конечно, так и было, — но выражение его лица, взгляд его глаз говорили о другом. О том, что он… он что-то скрывал.
— Почему, — повторила она, но тут пришло осознание, яркое и горькое, и слишком позднее. Люди. Война. Астин. А Джул только что согласилась на сорок дней с этим проклятым орком, о чем, черт возьми, она думала…
— Ты ждешь, что люди вернутся за мной, — выдохнула она. — Да?
На мгновение ей показалось, что Гримарр не ответит, его глаза были жесткими и пустыми, но затем он медленно, тяжело выдохнул.
— Нет, — сказал он. — Люди уже здесь.
Глава 19
Люди были здесь.
Джул уставилась на этого орка, на этого лживого, двуличного ублюдка, и обнаружила, что совершенно лишилась дара речи. Люди были здесь. Уже. Ходили там, наверху, возможно, даже с боем пробивались внутрь, пока Джул готовила ужин, ложилась в постель с Гримарром и соглашалась провести целых сорок дней в этой проклятой горе вместе с ним…
— Чьи люди? — наконец выдавила она. — Астина?
Губы Гримарра сжались, но он кивнул.
— Да, — сказал он. — Но лорда Норра с ними нет.
Ну конечно, его там не было — было бы чудом, если бы Астин вообще уже вылез из-под того камня, под которым прятался, — и Джул покачала головой, пытаясь соображать.
— И это новые люди? Сколько их? Что они делают?
Джул была полностью уверена, что Гримарр откажется отвечать или извергнет очередную порцию уклончивой орочьей чуши, но он снова тяжело выдохнул.
— Там больше пятидесяти новых людей. Они карабкаются по нашей горе, ищут проход внутрь.
Будь всё проклято.
— И ты их еще не убил? — пронзительно возмутилась Джул. — Разве не это вы, орки, делаете, когда люди приходят к вашей горе?
Она видела, как отстраненность затвердевает, всё сильнее застилая эти глаза.
— Нет, — сухо отрезал он. — Если бы я убивал каждого человека, ступившего на нашу гору, я бы никогда не прекращал сражаться. Сейчас я желаю уделить внимание другому.