Это было лучше, чем ничего, и Джул быстро сделала свои дела, а затем осталась сидеть на корточках, отчаянно ощупывая руками цепь на талии. В то время как сама она слушала и смотрела, прикидывая, в какой стороне север, в какой стороне дом. У нее не было ни оружия, ни чего-либо, чем можно было бы разбить цепь, но, возможно, камень, возможно…
— Идем, — прервал ее голос Гримарра: негромкий приказ во тьме, сопровождаемый предупреждающим рывком цепи. — Сейчас же, женщина.
И Джул, наконец, пошла, опустив голову, потому что, конечно же, все было бесполезно. Даже если она и избавится от этой проклятой цепи, ее окружали десятки огромных, полностью вооруженных орков, одержимых желанием забрать ее в свой дом. А что еще ей оставалось делать, как иначе можно было избежать такой участи? Возможно, смерть — но даже сейчас это было бы в его руках, в руках этой гротескной, примитивной, ненавистной пародии на жизнь.
Она была в ловушке. Она была обречена.
— Я никогда не перестану проклинать тебя за это, ты, ужасное чудовище, — сказала Джул тихо, но твердо. — Я никогда, ни за что не прощу тебя.
Снова повисла тишина, и послышался звук дыхания орка, резкие и низкие вдохи и выдохи. А его огромные плечи поднялись, а затем опустились, почти как при вздохе.
— Да, — ответил он. — Но ты все равно моя, женщина. А теперь, — он повернулся, и его глаза, казалось, сверкнули в темноте, — ты проведешь эту ночь со мной.
Глава 4
Джул проведет эту ночь с ним.
— Н-но, — запинаясь, произнесла она охрипшим, севшим голосом. — Ты… ты сказал… ты не станешь…
Страшные сказки снова роем закружились в мыслях, яркие и безжалостные; от них она дрожала, покрывалась испариной и задыхалась. Орки брали женщин с грубой силой, порой до смерти забивая своих жертв. Вколачивались в них своими звероподобными членами, кусая за шеи и вдоволь напиваясь кровью, разрывая их на части и снаружи, и изнутри.
А потом. Если женщина переживала первое соитие и последующие попытки, появлялся ребенок. Невероятно сильный сын-орк, пугающе огромный, с полным набором смертоносных когтей и зубов, который только и ждал момента, чтобы вырваться наружу из чрева своей беспомощной матери…
— Тебе не нужно бояться, женщина, — раздался резкий голос орка, и Джул моргнула, глядя на его скрытое в тенях лицо и блеск глаз в темноте. — Я сказал, что не стану принуждать тебя или причинять вред, и я сдержу свое слово. Но этой ночью мы должны договориться. А теперь идем.
Договориться с ней? Это странное заявление сопровождалось целенаправленным рывком за цепь Джул, и, наконец, сделав беспомощный, судорожный вдох, чтобы собраться с силами, она пошла. Вслед за Гримарром к зияющей дыре в каменной стене, а затем вниз, в самые недра земли.