Положение усугублялось тем, что Гримарр задал изнурительный темп, волоча Джул за собой на цепи. К полудню она была совершенно измотана, платье пропиталось потом, а легкие кожаные туфли ободрались и промокли насквозь. Когда Гримарр наконец остановился на краю большой поляны, Джул даже не взглянула на него — она просто рухнула на ближайший камень и спрятала лицо в коленях.
— Мы будем есть! — объявил Гримарр, на что орки за его спиной ответили радостным ревом. — Сильфаст, возьми людей и принеси мне того оленя, которого я чую на севере. Тот, кто убьет его, получит первый кусок мяса.
Снова крики —боги, почему орки такие громкие? — но, к счастью, часть шума вскоре удалилась на север. Очевидно, предупреждая несчастного оленя об опасности, но Джул было всё равно, ей не хотелось больше даже шевелиться.
— Пей, — раздался внезапный голос рядом. Джул вздрогнула и повернулась: Гримарр протягивал ей мех с водой. С каких это пор у орков появились мехи? Наверняка он был грязным, но Джул всё равно взяла его и жадно припала к благословенной холодной влаге.
— Ты изнурена, — сказал он, теперь уже тише. — Тебе больно?
К счастью, сильной боли Джул не чувствовала, но она слишком устала, чтобы двигаться или говорить. В конце концов Гримарр поднялся с лязгом цепи. Джул приподняла голову и увидела, как он наматывает свой конец цепи на массивный ствол ближайшего дерева и крепко затягивает его, прежде чем зашагать прочь.
— Следи за ней, Бальдр, — бросил он через плечо. — Доложи мне, если она шелохнется.
Один из огромных уродливых орков, что оставались поблизости, поднялся и вразвалочку направился к ней. Джул отвернулась, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Он же не тронет её, верно? Гримарр ведь сказал, что не отдаст её никому?
— Приветствую, женщина, — произнес орк на удивление мелодичным голосом. Джул моргнула и уставилась на него. Да, он выглядел как любой другой орк здесь — возможно, чуть моложе, и, пожалуй, даже более отталкивающе из-за землисто-зеленоватого оттенка кожи, — но он улыбался ей, обнажая ряд острых белых зубов.
— Давно среди нас не было людей, — продолжал орк всё тем же легким, неуместным голосом. — Как ты поживаешь, женщина?
Как она поживает? Джул снова моргнула — он серьезно об этом спрашивает? А затем горько рассмеялась.
— Как, по-твоему, я поживаю, орк? Меня украли из дома, осмеяли, унизили и протащили через половину провинции Саккин, совершенно не заботясь о моем самочувствии или желаниях, в компании глубоко отвратительных и уродливых орков!
Молодой орк поморщился и опустил темные глаза на свои большие руки, крепко сцепленные вместе.