— Корона, — повторил я.

— Именно, — Бартоломью кивнул тяжёлой головой. — Её вживляют высокопоставленным членам Ордена. Не всем — избранным. Тем, кого Орден считает достаточно ценными, чтобы вложить в них этот ресурс. «Корона» интегрируется в ствол мозга носителя и вступает в симбиоз с его Искрой. Она усиливает энергетический потенциал, замедляет старение тканей, повышает регенерацию. Лорд Кромвель получил свою «Корону» сорок два года назад, и все эти годы она служила ему верой и правдой.

Я автоматически прикинул возраст Кромвеля, прибавил четыре десятилетия «бонусного» времени, и цифра получилась впечатляющей. Этот старик с серым лицом и ввалившимися щеками, лежащий сейчас под капельницей, по биологическим часам должен был умереть лет двадцать назад.

— Но что-то пошло не так, — сказал я.

— Отторжение, — Бартоломью произнёс это слово так, как врач произносит слово «рак» — без эмоций, но с тяжестью, которую невозможно спрятать за профессиональной бесстрастностью. — Искра лорда Кромвеля начала угасать. Возрастная деградация энергетического ядра, естественный процесс, который «Корона» замедляет, но не останавливает. Когда уровень Искры упал ниже критического порога, симбионт перестал получать достаточно питания. И начал брать его сам. Принудительно.

— Он пожирает хозяина, — тихо сказал я Ордынской и Артуру.

Я обернулся. Лена стояла рядом, бледная, напряжённая, и смотрела на меня, вслушиваясь в мою часть диалога и достраивая картину из тех обрывков, которые могла уловить.

— Корона Святого Георгия, — подтвердил я. — Артефакт. «Корона» перешла из режима симбиоза в режим паразитизма. Она тянет Искру из организма, а когда Искры не хватает, начинает разрушать ткани напрямую — через вегетативную нервную систему. Повреждение эндотелия, микротромбозы, фиброз.

— Почему они ничего не сделали? — Ордынская повернулась к пустому месту над кроватью — туда, где, по её расчётам, находился мой невидимый собеседник. — Реджинальд и остальные двадцать три профессора. Они ведь знают про эту штуку? Они сами её вживляли. Почему не извлечь?

Хороший вопрос. Я посмотрел на Бартоломью.

Бульдог тяжело вздохнул. Его брыли качнулись, пенсне звякнуло о цепочку.

— Потому что «Корона» подчинена не лорду, — сказал он, и в его голосе впервые прозвучало что-то, похожее на горечь. — Она привязана к артефактному фону этого госпиталя. И лично к сэру Реджинальду и его внутреннему кругу. «Корона» питается энергией стен и выполняет их пассивные приказы. Она подчинена системе, а не носителю.

Я начал понимать, и от этого понимания мне стало холодно.