— Коллеги, — мой голос прозвучал на удивление твердо и спокойно. — Сейчас мы будем вводить экспериментальный антидот. Это первое в истории применение препарата на человеке. Реакция организма абсолютно непредсказуема — от мгновенного улучшения до анафилактического шока и остановки сердца.

Тишина. Даже писк мониторов, казалось, на мгновение притих.

Момент истины. Сейчас каждый из них решает для себя — остаться или уйти. Стать частью истории или умыть руки, сославшись на протокол. Я не осужу, если кто-то уйдет. Это слишком большая ответственность.

Никто не двинулся с места. Все остались.

Герои. Каждый из них. Обычные люди, готовые делать необычные, почти невозможные вещи.

— Кашин, — я начал раздавать приказы, и мой голос наполнился сталью. — Следи за гемодинамикой как ястреб. Давление может рухнуть в любую секунду. При падении ниже шестидесяти систолического — немедленно увеличивай дозу вазопрессоров. Допамин до двадцати микрограмм на килограмм в минуту. Если не поможет — добавляй адреналин. Если и это не сработает — норадреналин в максимальных дозах.

— Понял, — Кашин уже проверял системы для инфузии. — У меня три независимые линии готовы. Все препараты разведены и подключены к портам.

Профессионал. Он уже продумал все возможные варианты. Три независимые линии — чтобы не терять драгоценные секунды на переключение шприцев. Умница.

— Если начнется фибрилляция — дефибриллятор наготове, — продолжал раздавать команды я. — Детские электроды, помним про размер. Начальный заряд пятьдесят джоулей, дальше по нарастающей — семьдесят, сто, сто пятьдесят. Больше ста пятидесяти для ребенка опасно — можем сжечь миокард.

— Дефибриллятор заряжен и проверен, — подтвердил Кашин. — Электроды подключены, гель свежий. Готов к немедленному использованию.

Я повернулся к старшей медсестре.

— Валентина Петровна, экстренные препараты. Адреналин — минимум три ампулы, разведенные для внутривенного введения. Атропин — две ампулы. Преднизолон — девяносто миллиграммов на случай анафилактической реакции. Все в шприцах, подписаны, на стерильном столике прямо у кровати. Чтобы не пришлось бегать к шкафу, если что-то пойдет не так.

Она молча кивнула, показывая на уже подготовленный лоток.

— Все готово, Илья Григорьевич. Адреналин — три миллиграмма в разведении один к десяти тысячам. Атропин — два шприца по полмиллиграмма. Преднизолон — три ампулы по тридцать миллиграммов, уже набраны. Плюс антигистаминные на случай аллергической реакции — супрастин и тавегил.

Тридцать лет опыта. Она уже видела все возможные осложнения и была готова к каждому из них. Таких медсестер нужно ценить на вес золота.