— Я помогу, — сказал Креч невозмутимо. — На подходах.

— Во-вторых, там же краб!

— Тут уж как-нибудь сами постарайтесь. Убегите, обманите, убейте.

— Тебе легко говорить! Он армию Повелителей Войны сожрал! И, в-третьих, Креч, там же этот замок… или Спираль внутри, не знаю, что именно так влияет… Я Августа-Роберта сам скормлю крабу, а потом радостно на стенах повешусь! Ты не представляешь, как сознание меняется!

— Представляю. Я с ума сходил метров за двести. Один раз только ходил с Робертом, так от меня разгрома было больше, чем от краба. «Меркаву» растоптал… меня Айзек потом антисемитом обозвал… А ты, как я понял, подошёл к самым стенам?

Григ сглотнул вставший в горле комок. Кивнул.

— Ты лучше сопротивляешься, — сказал Креч с завистью. — Потому за тебя и схватились наши божки. Чтобы подойти к Чёрному Замку и остаться в здравом… относительно… уме, Снотворцам приходится его разрушать почти до основания. А ты держишься. Значит, если напряжешься, если будешь готов к происходящему, то сможешь и войти.

— А что потом?

— Вы с Августом-Робертом возьмёте Спираль Снов, конечно же! — сказал Креч. — Ты используешь его силу для того, чтобы стать Снотворцем… ну, должно же у тебя быть вознаграждение за подвиг? Должно! И не спорь, так положено, это законы Снов! А потом тебе предстоит самое трудное. Уничтожить Великий Артефакт.

— Как?

— Теоретически, если его сила безгранична, то он может уничтожить и себя.

— Бог не может создать камень, который не в силах поднять, — сказал Григ зачарованно.

— Да.

— Но я не смогу!

— Если кто и сможет, так это ты, — сказал Креч.

Григ схватился за голову.

— Бред, домыслы, лживые надежды! Я не смогу, я сделаю то, чего боятся Снотворцы, стану повелителем Снов!

— Ну тогда уж лучше ты, чем кто-то другой! — рявкнул Креч. И испуганно прикрыл рот ладонью, глядя на Августа-Роберта.

Но симулякр не проснулся.

— Хорошо, — сказал Григ. На него вдруг снизошло спокойствие. — Ты не прав, ты совершаешь ошибку, но… допустим. Зачем ты усыпил бедолагу?

— Деконструкцию я провести не сумею, — ответил Креч. — Но старый добрый гипноз тоже способен кое-что дать.

Он опустился у дивана на колени.

И, неожиданно мягким голосом спросил:

— Август-Роберт Кларк, ты слышишь меня?

Григ затаил дыхание.

— Август-Роберт Кларк, ты можешь мне ответить. Ты спишь, но можешь отвечать на мои слова.

— Да… — негромко ответил мальчик.

— Хорошо. Ты спишь и слышишь мой голос. Только мой голос, больше ничего. Вокруг темно и тихо. Нет ничего. Только ты и мой голос. Ты слышишь меня. Тебе спокойно и уютно. Я буду задавать вопросы, ты будешь отвечать. Только ты и мой голос… Ты слышишь только меня, когда я обращаюсь к тебе. Кто ты?