Проснулась.

Мама негодующе посмотрела на невоспитанных детей, но это была простая, не слишком функциональная рельеф-мама. Она встала и гордо удалилась, с каждым шагом становясь все прозрачнее и прозрачнее.

Подстилка, на которой оказались Григ и мальчишка тоже побледнела, но под взглядом Грига обрела материальность.

— Чего толкаешься? — возмутился мальчишка.

— А ты чего бежишь?

— Хочу — и бегу!

Григ иронично посмотрел на своего юного собеседника и сплюнул в песок. Сказал:

— Да ладно. Что я, не понял, что ли? Ты Сноходец.

Мальчишка пристально смотрел на него.

— Ты понимаешь, что это — сон? — спросил Григ, разводя руками.

— Конечно, — возмутился мальчик. — Это сон. Я сплю, ты мне снишься…

— Я снюсь тебе, а ты снишься мне, — поправил Григ. — Ты что, совсем зеленый, что ли? Давно тут бываешь?

— Давно, — мальчишка встал, окинул его подозрительным взглядом. — Мне казалось, ты младше…

Да, Григ уже и сам заметил, что, догоняя беглеца немного подрос — теперь они были одного возраста.

— Уж какой есть, — уклончиво ответил Григ. — Так ты кто? Сноходец?

— Да, — ответил тот. — Как и ты, так что ли?

— Так, — кивнул Григ. — Извини, если напугал.

— Вот еще…

Наткнуться на юного Сноходца было забавно — дети, как ни странно, Сноходцами становились редко. И не потому, что не верили в Страну Сновидений, а потому, что воспринимали ее как должное, как истину. Они погружались в Сны слишком легко и глубоко, чтобы отрефлексировать происходящее и сообразить, что здесь что-то неправильно.

— Ты учти, я тут всех знаю, — сказал тем временем мальчик. — Ганса, Михаила, Джеймса, Анну Эмилию, Генрика, Диану. Я кого угодно могу позвать.

Такая опасливость могла бы и заставить улыбнуться, но Григ считал осторожность очень здравой чертой, тем более, если она встречалась у ребенка. Да и последствия появления Снотворца, если бы мальчик исполнил свою угрозу, могли быть крайне неприятными.

— Мир, мир! — громко сказал он. — Я ни с кем не ссорюсь. Я вообще тут редко бываю. Я там живу, — он махнул рукой. — Где Летнее Море. Я тут просто ищу… кое-что… Кстати, меня зовут Григ.

— Август-Роберт Кларк, — мальчик протянул Григу руку. — Можешь звать меня Август, или Роберт, или Кларк. Как угодно.

Он посмотрел в сторону Летнего Моря, пренебрежительно поморщился.

— Знаю я это Летнее Море. Там взросляков полно. И все так чинно-благородно. Все сидят в саду, вино пьют. Или по променаду гуляют. Или у берега плещутся.

Григ был вынужден мысленно согласиться — именно так и шли сны в квартале Летнего Моря.

— А там вообще жуть… — Август-Роберт довольно точно указал в ту сторону, где смыкались Летнее Море и Телесная Радость. — Лупанарий.