Я задумался. Это было лучше, чем я мог надеяться. Неподкупный чиновник, который работает как автомат — идеальный вариант.

— А как к нему подступиться? — спросил я. — Так понимаю, что просто так я к нему не попаду?

— Верно, — кивнул Бергер. — Собакевич — человек закрытый. И попасть к нему… в общем, вам точно не светит.

— Понятно… — протянул я. — Тогда мне нужна информация.

— Какая?

— Любая. Все, что только известно про этого Собакевича — чем увлекается, где проводит время, какие хобби. Чем больше, тем лучше.

— У вас хватка отнюдь не архивариуса, Алексей! — улыбнулся Бергер. — Не зная вас подумал бы что вы из Тайной Канцелярии! Информация будет.

* * *

Я вышел из Архива, когда часы на башне показывали полдевятого вечера. Задержался я изрядно, разговаривая с Бергером по ретранслятору. Вечер был тёплый, летний, но в воздухе уже чувствовалась та особая питерская сырость, которая обещала к утру туман. Я застегнул куртку, сунул руки в карманы и неторопливо зашагал в сторону дома.

Знакомый маршрут. Обводный канал, потом налево, потом дворами. Фонари горели через один — экономили, наверное, или просто разбили.

Я шёл и размышлял о плане. О том, как подобраться к Собакевичу так, чтобы не спалиться раньше времени. Мысли текли вязко, усталость после допроса и бессонной ночи давала о себе знать.

И вдруг — щелчок.

Чувство. Интуиция. Та самая, что в прошлой жизни, ещё Лёхой Крадовым, спасала меня десятки раз. Ощущение взгляда в спину. Того самого, чужого, изучающего.

Оборачиваться нельзя. Просто продолжать идти, чуть сбавив шаг, будто задумался о чём-то. Обойти чуть с краю улицу, ближе к витринам, в отражении которых можно увидеть что у тебя происходит за спиной.

Человек в черном. Идет в паре десятков шагов.

Нужно проверить.

Я перешёл на другую сторону улицы — тень за мной тоже перешла, но аккуратно, с задержкой. Остановился у витрины закрытого магазина, делая вид, что разглядываю товары. В стекле отразился силуэт. Мужчина, среднего роста, в тёмной куртке, с газетой в руках — прикрывается, но поза выдает. Стоит у столба, делает вид, что курит.

Слежка.

Я двинулся дальше. Свернул во дворы — мой обычный путь. Тень не отставала, но держалась грамотно, на пределе видимости. Если бы не опыт — ни за что бы не заметил.

«Игра началась, — подумал я. — Зарен не стал ждать с моря погоды, решил вынюхать все про меня. Что ж, пусть думает, что ему это удалось.»

А то, что этот человек Зарена я не сомневался.

Главное сейчас — не показать, что я их раскусил. Для них я должен оставаться обычным архивариусом, уставшим после работы, плетущимся домой. Никакой подозрительной осторожности, никаких попыток оторваться.