Из-под посоха юноши (если так можно было назвать на мгновение возникший перед взором Милара образ человекоподобного, разъяренного, скалящего клыки белого волка ) вырвалась вьюга. Она буквально заставляла исчезать горы мусора, как если бы те были нарисованы простым карандашом, а стены… стены она стесывала быстрее, чем сыр пропадает на наточенной терке. Ломала конвейер и комкала металл, откусывая от него ледяные куски.

Не успело ударить разгоряченное сердце капитана, как от двухэтажной кирпичной коробки не осталось ни стен, ни потолка — только обледенелый фундамент. Сам же Ард ударил посохом еще раз, и под его ногами поднялась ледяная ветвь, перенесшая его в центр внутреннего двора. Прямо в окружение ощерившихся винтовками окон и напротив явно женской фигуры с посохом в руках и без регалий.

Милар, опомнившись, потянулся к сигнальному медальону, но его остановила дрожащая, такая неожиданно легкая рука Алоаэиол. Капитан, прикрывая свободной ладонью уродливый шрам, оставшийся на месте широкой раны, покачала головой и утерла с подбородка черную кровь.

— Ты в своем уме? — прошипел Милар, утягивая ту за единственный уцелевший кирпичный угол — тот, в котором стоял сам капитан Пнев; лишь его пощадила вьюга.

— Это ты не в своем, Милар, — хрипя, с тяжелыми придыханиями огрызнулась Алоаэиол. — Если Черный Дом увидит, на что способен правнук Арора, они убьют его. И протекция Её Императорского Высочества-консорт не поможет. Павел сам лично отдаст приказ об уничтожении. Империя не станет рисковать появлением кого-то, сравнимого по мощи с Темным Лордом.

Милар отдернул руку и прорычал:

— Все и так думают, что Арда ждет большое будущее.

— Думать — не значит знать, — Алоаэиол кивнула куда-то по ту сторону их осиротевшего укрытия.

Капитан Пнев высунулся и едва сумел сдержаться от самых грязных ругательств, которые знал в немалом количестве. Он видел однажды, как бились Мшистый и Аверский. И он видел, как тот же Аверский сражался с лютой тварью, именуемой демоном. Ард, может, пока и не дотягивал, но явно стремился куда-то к этим двум фамилиям.

— Хвала Вечным Ангелам, что самая холодная ночь десятилетия уже позади, — Алоаэиол осенила себя священным знамением Светлоликого.

Милар лишь сдержанно кивнул.

— Линда Дэй, — прозвучал голос… а может, и ревущая среди горных пиков ледяная буря.

Женщина-маг вместо ответа лишь занесла посох, а орки, что-то крича, открыли огонь. Но был ли у них шанс против крови Арора?

Милар поежился.

Почему-то он вспомнил слова лорда Аверского, да примут того Вечные Ангелы, невзначай оброненные на одном из закрытых совещаний:«Однажды наступит день, когда про Арда Эгобара не будут говорить, что он — правнук Арора. Это про Арора станут рассказывать как о прадеде Арда» .