— Хорошо, — сказал Лихачёв и похвастался: — Но если что, я договорился в Курчатовском… Как считаешь, подогнать моих ребят для охраны Гнезда? Всю воду в пулемёты, как говорится!

— Зачем в пулемёты воду? — удивился я. — Нет, не надо. Это же словно красной тряпкой помахать, «мы чего-то затеваем».

Лихачёв кивнул:

— Вот и я так подумал. Ребятишки говорят, что они обеспечат охрану.

Стража молча и с явным удовольствием продемонстрировала плазмомёт.

Я вздохнул.

Это не солдаты. Это дети. А даже тренированных опытных Изменённых на одного Прежнего нужны сотни.

Попросить помощь у других Гнёзд?

Тогда Инсек поймёт, что мы планируем использовать кристалл.

— Пошли, избранный, — Лихачёв положил мне руку на плечо. Вздохнул. — Дьявол, ты выше меня…

Мы поднялись в кабинет, превратившийся в лабораторию. Я впустил в себя память Джагерда, помог расставить и собрать оборудование, коротко объяснил Елене и Милане, что надо делать. Дарина была на подхвате, а Наська деловито готовила кофе в электрической кофеварке, которую притащили из кафе. Я налил себе чашку. Рядом с кофейником лежала целая гора рационов, плитки дешёвого соевого «шоколада», ещё какая-то снедь. Мы тут осаду собираемся держать? Я взглянул на Наську.

— Вдруг проголодаешься, — пояснила она. — Войдёшь в Призыв и захочешь есть.

Я кивнул. Это было не лишено смысла. Спросил Дарину:

— Ты как? Гнездо не против того, что мы делаем?

— Я пока ещё хранитель, — она нахмурилась. — Ты сам не свой.

— У меня встреча внизу через пару минут. Как я понимаю, с Иваном.

— Гнездо не сообщало!

— Оно ещё не знает.

Я поцеловал её в щеку и пошёл вниз. Не стоит выбегать к Прежним запыхавшимся и растерянным.

На самом деле мне даже хватило времени на то, чтобы вытащить на крыльцо кресло и усесться в него, заложив ногу за ногу. Я даже отхлебнул кофе и пожалел, что у меня нет какой-нибудь книжки или газеты.

В этот миг они и появились. Я убрал кружку ото рта — и обнаружил, что перед крыльцом стоит Иван.

А рядом с ним — Инсек!

Он явился во плоти, я ни секунды в этом не сомневался. На газоне оставались следы от лап, а сам Инсек был покрыт, будто кольчугой, полупрозрачной металлической плёнкой. Наш воздух даже после Перемены оставался для него холодным и сухим.

Инсек и Прежний посмотрели друг на друга, и я понял, что они ведут безмолвный диалог тем способом и на той скорости, которые для меня недоступны.

Как тогда, в моём сне-воспоминании, когда они рассуждали о будущем после ухода Высшего.

В моей голове будто загудело Гнездо. Даже не тревожно или испуганно, скорее растерянно и бестолково.