Пальцы привычно и четко скользнули в кольца, ладони сомкнулись вокруг прохладных упоров. Баланс сил изменился в долю секунды, наполнив тело приятной, сокрушительной уверенностью.
— А закурить у вас, орлы, часом не найдется? — с глуховатой усмешкой поинтересовался Платонов, слегка расслабив плечи и сделав вид, будто испуганно вжимает голову в воротник. — А то после госпиталя на сладкое потянуло, мочи нет.
— Я те сейчас так закурю, фраер, навек ослепнешь! — рявкнул верзила с ремнем и с размаху бросил свинцовую пряжку прямо в лицо сыщику.
Алексей резко качнул корпусом влево, пропуская свистящий кусок железа мимо уха, и тут же, не теряя инерции, шагнул навстречу нападавшему. Правый кулак, утяжеленный почти полукилограммовым куском металла, вошел главарю точно под основание челюсти с коротким хрустом ломающейся кости. Бандит захлебнулся собственным криком, закатил глаза и кулем рухнул на мокрый булыжник, выронив ремень.
В этот момент вертлявый с финкой попытался достать оперативника снизу, целясь под ребра, однако Платонов успел перехватить его вооруженную руку за запястье и намертво выкрутил сустав внутрь. Нож со звоном брякнул о камни подворотни, а левый кастет старлея с размаху припечатал карманника в переносицу. Брызнула темная юшка, и любитель чужих часов мгновенно осел на четвереньки, оглашая сырой двор надрывным визгом и зажимая разбитое лицо обеими ладонями.
Третий налетчик, стоявший позади всех, оказался сообразительнее подельников: вместо того чтобы лезть в рукопашную, он развернулся на пятках и рванул было обратно в сторону проходного двора, но споткнулся о брошенный деревянный ящик. Платонов нагнал беглеца в два широких прыжка, схватил за шиворот поношенного ватника и с силой впечатал лопатками в кирпичную стену.
Тот отчаянно замахнулся кованым каблуком, метя в колено, но угодил лишь по касательной в бок, глухо отдавшись в ребрах ноющей болью. Алексей скрипнул зубами от вспышки в раненой грудине, однако руки не разжал, а лишь аккуратно и веско приложил урку свободной ладонью в солнечное сплетение. Воздух со свистом покинул легкие нападавшего, и тот сполз по кирпичам на землю, судорожно хватая ртом холодный воздух.
— Вот и поговорили по душам, работники ножа и топора, — ровно выдохнул Платонов, вытирая рукавом выступившую испарину со лба и чувствуя, как под пальто тупо ноют ушибленные ребра.
Быстро стянув с поверженных грабителей их же собственные брючные ремни и засаленный кашне одного из уркаганов, сыщик сноровисто стянул им руки за спинами крепкими узлами, которым его в свое время учили на армейских курсах войсковой разведки. Подонки лишь глухо матерились сквозь выбитые зубы, окончательно осознав, что нарвались вовсе не на пугливого бухгалтера с получкой.