Глава 4
Страница 35 из 366
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 4

Страница 35

— Вера Николаевна, побойтесь бога. Я ж на этой адской телеге печатаю одним пальцем, как дятел по мерзлой сосне. Да я до вечера первой страницы не одолею! Давайте я вам под диктовку наговорю, а машинистка из машбюро за десять минут нащелкает?

— Машинистки из бюро заняты материалами для прокурора города, Громов, — отрезала Шестакова, даже не подняв на него взгляда от бумаг. — А ваши художества я посторонним глазам показывать не намерена, чтобы не позорить честь муровского мундира. Будете печатать сами. В трех экземплярах, через копирку. Ошибетесь строчкой — вынимаете закладку и начинаете заново. Вопросы есть?

— Вопросов нет, есть только непреодолимое желание вернуться под автоматные очереди банды Горбатого, — пробурчал капитан, плюхаясь на стул и яростно вкручивая в валик машинки синеватый лист копировальной бумаги.

— А с вами, старший лейтенант Платонов, разговор отдельный, — Вера повернулась к Алексею, и ее строгие брови слегка сдвинулись к переносице. — Вы составляете схему боестолкновения. С привязкой к стационарным ориентирам, указанием дистанций в метрах, точек ведения огня и траекторий рикошетов. Вот вам масштабная линейка, карандаш и бланки рапортов. Начните с объяснения, на каком основании вы покинули территорию ведомственного лазарета до официального закрытия больничного листа.

Алексей сел за соседний стол, пододвинул бумагу и слегка наклонился вперед, глядя на девушку сквозь прищур ясных светлых глаз. Напряжение боя схлынуло, на смену пришла привычная мужская наглость, помноженная на природное обаяние, которое не раз выручало его в прошлой жизни.

— Вера Николаевна, — негромко произнес он бархатным, чуть хрипловатым голосом, аккуратно вращая в пальцах граненый карандаш. — А вам никто никогда не говорил, что в моменты праведного гнева вы выглядите совершенно неотразимо? Прямо как валькирия социалистической законности. Глаза горят, щеки пылают, коса эта потрясающая… Если бы преступники видели вас такой на допросах, они бы сами чистосердечные признания в трех экземплярах писали, лишь бы заслужить ваше снисхождение.

В кабинете на секунду повисла звенящая тишина. Даже стрекотание клавиш под пальцами застывшего Грача мгновенно оборвалось. Костя замер с открытым ртом, глядя на напарника с ужасом и восторгом одновременно.

Вера медленно подняла глаза от протокола. Ни тени смущения, ни девичьего румянца на ее породистом бледном лице не появилось. Напротив, темные зрачки следовательницы сузились, превратившись в два острых наконечника стилета. Она аккуратно положила авторучку на эбонитовую подставку, сложила пальцы в замок и посмотрела на Платонова с убийственной, кристальной ясностью:

назадназад
1 ... 33 34 35 36 37 ... 366
впередвперед