Письмо было на белом шёлке, письмом, похожим на греческое, но более прямое … власти искали кого-нибудь, кто перевёл бы письмо, и нашёлся в вещевом складе, у евнуха Бишра, франк, способный читать письмо того народа. Евнух привёл его к халифу, и тот прочёл письмо и перевёл его на греческое письмо. Затем был призван Исхак ибн Хунайн [один из великих переводчиков научных трудов], и он перевёл его с греческого на арабский. [54]

Эта история наглядно иллюстрирует отдалённость и малознакомость латинского Запада в придворных кругах Багдада. Позднее в том же веке, когда великий арабский учёный Ибн ан-Надим составил всеобъемлющий библиографический обзор научной литературы, «написанной как арабами, так и неарабами», он перечислил шестнадцать языков, некоторые из которых обсуждаются весьма подробно. Лишь три — не считая мимолётного упоминания русского — можно назвать европейскими. Первый — греческий, о котором у него имеется множество сведений. Второй — «письмо лангобардов и саксов, народа, [живущего] между Румом и Франджей, близ правителя Андалуса. Их алфавит состоит из двадцати двух букв. Он называется „апостолическим“ [слово передано арабской графикой], и пишут они слева направо…». Третий — франкский, и всё, что Ибн ан-Надим о нём знает, — это отчёт о посольстве 906 г., процитированный выше. Латынь не упомянута по названию; «лангобардо-саксонское» письмо, возможно, является далёким эхом итальянских походов саксонского императора Оттона.[55]

Хотя мусульманский мир отвергал изучение немусульманских языков и не проявлял интереса к написанным на них трудам, мусульмане, тем не менее, были вынуждены общаться с жителями Запада для самых разных некультурных целей. Ещё до Крестовых походов торговля между миром ислама и западным христианским миром возобновилась на Средиземном море, а начиная с эпохи Крестовых походов она неуклонно росла в объеме и масштабе. Очевидно, должны были существовать какие-то формы общения между европейскими купцами и ближневосточными покупателями, продавцами или посредниками, с которыми они имели дело. Дипломатия также порождает переговоры и время от времени — обмен письмами и документами. Мусульманский мир не перенимал европейскую практику непрерывных дипломатических сношений через постоянные посольства до последних лет XVIII века. Однако та или иная форма дипломатического контакта существовала с ранних времён.

В течение XVIII века к торговле и дипломатии добавился третий важный канал общения — обучение, прежде всего военное и военно-морское. Модернизация османской армии и флота требовала приглашения европейских военных и флотских офицеров для преподавания в турецких военных академиях и даже, при случае, для службы в турецких вооружённых силах. Очевидно, для этого был нужен какой-то общий язык.