Не прошло и часа, как Звягинцев обошел всю деревню. Тут оказалось едва ли два десятка домов и какие-то хозпостройки.
«А зачем тут целых два трактира?» — удивленно подумал Сергей и решил наведаться во второй постоялый двор. Выглядел он куда менее презентабельно: просто покосившаяся избушка с большой вывеской «У Розалины».
Парень постучался. За дверью послышалась какая-то возня. Открыла совсем старая женщина, укутанная в драную шаль, и с выцветшим платком на голове.
— Доброе утро, — поздоровался Сергей, дыша морозным воздухом, отчего изо рта у него шел пар.
— Не слишком ли рано для ночлега, молодой человек? — спросила она каким-то скрипучим голосом. — Или вы ночью ехали?
— Нет-нет, — замотал головой Звягинцев, — я просто хотел узнать, нет ли у вас тут извозчиков, которые отвезут меня в Коемертон?
— Боюсь, что нет. Разве что вы доберетесь сначала до деревни Быги. Это по пути… У нас как раз один постоялец едет, ищет попутчика, чтобы не так дорого было… Если поедете, то это будет стоить вам тридцать купранов.
— А на чем?
Она удивленно посмотрела на него.
— На санях, конечно, на чем же еще? Дилижансы зимой не ходят…
— Ладно. Понятно. Когда отправляемся?
— Да к полудню. Когда солнце будет в зените.
— Хорошо, я подойду.
— Не опаздывайте.
День был солнечный и морозный.
«Интересно, — подумал Сергей, шагая в сторону „Тетушки Молли“, — как они определяют время в пасмурную погоду? Что-то я тут ни у кого часов не видел».
На этот раз в трактире было немноголюдно. Всего три человека: странный субъект в коричневом балахоне с капюшоном, скрывающим пол-лица; и, судя по всему, семейная пара: молодой человек, одетый в серое пальто, и под ним виднелся синий камзол; а рядом с ним сидела девушка в таком же пальто, только чуть посветлее, застегнутое на все пуговицы. Ткань пальто была грубая, а пуговицы черные, из чего Сергей сделал вывод, что парочка — не богатые, так как одеты весьма скромно.
Звягинцев критически осмотрел рукава своей одежды. Его пальто сшито из такой же грубой ткани, но выглядело оно более презентабельно.
«И зачем я сравниваю себя с другими? — подумал Сергей. — У меня что, других дел нет. Нужно думать, что делать дальше».
Но почему-то не думалось. Звягинцевым овладело какое-то жуткое беспокойство. Он отдал трактирщице ключи и поспешил ретироваться.
— А что, позавтракать на дорожку не хотите? — вдогонку спросила она.
Сергей даже не обернулся, так сильно ему захотелось покинуть внезапно показавшееся сильно негостеприимным заведением.
«И что это я? — подумал попаданец. — Что же меня так напугало? Этот странный субъект в балахоне? Уж не странствующий ли он маг? Годфрей, кажется, тоже любил ходить в подобных балахонах и скрывать свое лицо капюшоном».