А потом его лицо внезапно стало мертвенно бледным. Морщины на лбу углубились, словно высеченные резцом. Капелька пота, словно крошечная слеза, скатилась по его виску и упала на клавиатуру, оставив влажный след.
— Иванов! — закричал Михалыч, его голос, обычно спокойный и размеренный, теперь звучал надрывно, эхом разносился по огромной лаборатории. — Немедленно вырубай коллайдер! Немедленно!
Но было уже поздно. В тот же миг лампочки над головами заморгали, словно обезумевшие. На множестве экранов, где еще секунду назад отображались стройные ряды данных, появилось зловещее сообщение об ошибке. И тут же, пронзительно и тревожно, завыла сирена.
— Пожарная тревога! — раздался металлический голос из громкоговорителя. — Всем немедленно покинуть здание. Это не учение. Повторяю, это не учение. Всем немедленно покинуть здание.
Лаборатория, еще мгновение назад наполненная гулом работы, погрузилась в хаос паники и страха.
Интерлюдия 3
Капитан полиции, грузный мужчина с багровым лицом, обрушивал свой гнев на местного участкового, который стоял навытяжку в тесном кабинете, пропахшем табаком и старыми бумагами.
— Петрович! Что за чертовщина творится в твоей деревне? Люди исчезают, словно их ветром сдуло!
— Никак нет, товарищ капитан, — промямлил Петрович, теребя помятый козырек фуражки. — Не могу знать.
— А кто, к черту, должен знать, Петрович? Пушкин?
— Мы прочесали лес, капитан. Дни напролет. Ни следа. Ни трупов.
— Значит, плохо искали, Петрович! Или не там!
— Товарищ капитан, — Петрович осмелился поднять взгляд, — у нас людей кот наплакал. Да и что толку? Не факт, что найдем. Может, очередной пьяница на речку пошел, да и утонул, а течением тело унесло. Тогда его уже не на нашем участке искать будут.
— То есть, по-твоему, нет тела — нет дела?
— Ну, вроде того, — Петрович пожал плечами, чувствуя, как с него стекает часть напряжения.
Капитан вздохнул, откидываясь на скрипучем стуле.
— Ладно, пусть пока числятся пропавшими без вести. — Он махнул рукой, словно отгоняя неприятные мысли. — А ты чего стоишь, Петрович? Присаживайся.
Капитан потянулся к ящику стола, извлекая оттуда два граненых стакана и запотевшую бутылку мутной жидкости. Резкий запах самогона тут же наполнил кабинет. Вытянувшийся до этого по стойке «смирно» участковый робко перешел в позицию «вольно», его плечи чуть опустились.
— Садись-садись, то есть тьфу, присаживайся… да расслабься ты, черт возьми, — капитан кивнул на стул напротив. — Я тебя, собственно, для чего позвал… Поговорить хотел. Четыре человека за неделю, Петрович. Четыре! И ни одного трупа. Что сам-то думаешь про эти случаи? Есть какие-нибудь мысли?